Можно сколько угодно учить воинским искусствам сытого и благополучного, но он все равно в итоге проиграет оборванцу, сызмальства привычному к каждодневной драке за кусок хлеба, драке на смерть, без пощады и политкорректных соплей.
— Стоп! — Шепот Семенова выдернул Скотча из размышлений.
Скотч замер. Он шел первым и тем не менее ничего не заметил.
Рука Семенова легла ему на плечо, вынуждая присесть. Скотч присел, одновременно полуобернувшись влево. Краем глаза он увидел, как идущий последним Веселов тоже бесшумно приседает.
Жестом Семенов показал, что нужно убраться с тропы. Скотч послушно раздвинул нижние ветви пышного пальмо-дендрона и бочком протиснулся в образовавшуюся щель. Потом лег спиной вверх и тихонько поворочался, чтобы примятые стебли подлеска распрямились и прикрыли его сверху. Семенов пристроился рядом, Веселов — чуть в стороне.
Скотч по-прежнему ничего не видел, но уже ощутил чье-то присутствие.
Семенов тихонько коснулся его плеча; Скотч повернул голосу. Без слов Семенов протянул искательский ноктовизор — взгляни, мол.
Скотч взглянул, приложив к глазам прибор, и обомлел. Метрах в десяти — двенадцати от них кто-то шел. Полуразмытый силуэт, две руки, две ноги, небольшой горб на спине, в руках… оружие в руках, что же еще. А горб — это вещмешок, конечно же. И еще один силуэт, дальше. И еще. Целая цепочка.
Чьи-то ноги мелькнули перед самым лицом, на миг загородив поле зрения.
Еще один десантник шат-тсуров прошел по тропе, по которой они только что спешили на юг.
Скотч, бесшумно вернул к глазам свой ноктовнзор — силуэты сделались невидимыми.
Десантники шествовали мимо них минут пять. Тройной цепью. Самой густой была вторая. Скотч молился, чтобы никому из шат-тсуров не пришло в голову просканировать заросли: три таких крупных объекта, как Скотч, Семенов и Веселов, легко отслеживались при помощи самого заурядного карманного биодетектора.
Но десантники прошли мимо. Один даже едва не наступил Скотчу на ногу.
Но небо хранило их. Или что там может хранить беглецов? Десант волнами прокатился на север, не заметив ничего. Семенов отобрал у Скотча искательский ноктосизор и еще долго оглядывался да вслушивался в ночные шорохи.
— Кажется, пронесло, — прошептал он наконец. — Пошли, что ли?
— Почему они нас не заметили? — недоуменно спросил Скотч.