Не дождавшись другой реакции, Муан собирался было продолжить недовольно бурчать, но Шен все же произнес:
— Не думаю, что «всегда» Ала продлится долго.
— С чего ты взял?"
"— С того, что ему всего шестнадцать лет? — предположил Шен. — У него столько приключений впереди, никак не связанных со мной. Да и его чувства к бывшему учителю еще множество раз изменятся. Надеюсь только, что когда-нибудь они остановятся на отметке «благодарность» или хотя бы «вспоминаю о нем, как о хорошем человеке».
— А-а, — протянул Муан. — Это снова твоя теория «переменчивости чувств».
— Это не теория, это закономерность. Живой человек не способен долгое время чувствовать одно и то же. Множество факторов меняют его чувства и даже мировоззрение.
Муан помолчал и произнес:
— Способен, если его жизнь и решения достаточно осознаны.
— Пфф. Это явно не про Ала.
— Да, это не про Ала. Это про меня.
Муан дернул Шена на себя и негромко произнес, выдохнув в его волосы возле уха:
— Я все еще люблю тебя.
Шен отклонился назад и с интересом вгляделся в его лицо.
— Вау, а ведь уже стемнело, — лукаво улыбнувшись, подыграл он.
— Возможно, завтра я сообщу тебе то же самое.
— Посмотрим, — согласился Шен.
— Посмотрим.
Пока они размеренно шли по мосту, отделяющему пик Синих звезд от пика Молочных облаков, Шен еще раз подробнее рассказал Муану обо всем, что видел в воспоминаниях оригинального Шена и Рурет.
— Не перестаю удивляться тому, насколько Шен из увиденных тобой воспоминаний противоречит тому, которого знал я, — помолчав, произнес Муан.
Шен почувствовал легкое беспокойство после слов Муана о «Шене, которого он знал».
Так как он молчал, Муан продолжил:
— Значит ли это, что Рурет не погибла? Она исчезла?
Шен покачал головой.
— Я пытаюсь выстроить события в нужной хронологии… Расстроенная Рурет пришла к Ми Лу, затем она оставила ей послание для Шена, намереваясь покинуть орден РР после того, как воспользуется силой, скрытой под горой.
Муан ничего не ответил.