Марина поднялась с пола неуклюже, как марионетка.
— Это кольцо… Меня сейчас стошнит, — сдавлено проговорил Василь и зажал рот ладонью.
— Маша тут ни при чем. Ни при чем! — проговорила Марина, захлебываясь слезами. — Это я… это всё я.
Она шмыгала носом, пытаясь взять себя в руки, а потом заговорила:
— Я не хотела, честное слово, я не хотела никого убивать. Я просто хотела сбежать и стать свободной. Я столько раз умоляла матушку отпустить меня! Но она сказала, что отпустит, как только возьмет на руки своего внука.
Тут будет реклама 1
Внука! Понимаете? Не важно, кто будет отцом! Я уже тогда задумалась, но было слишком страшно, если бы матушка прознала… Поэтому я решила украсть кольцо, и несколько лет назад мне это удалось. Мы с сестрой нашли колдуна, который оказывал всякие… ну, услуги. Я хотела отнести ему кольцо, может, он смог бы снять с меня заклятие. Но он взял и утонул на рыбалке. А матушка хватилась кольца. И отняла его у меня. И после этого всегда носила с собой. Никакой настойки мне Маша не давала, аконита я нарвала на берегу и просто накрошила в бочку.
Тут будет реклама 2
Я не хотела убивать. Я хотела, чтобы матушка заболела и приехала сюда прощаться, с кольцом. Здесь его было легче украсть, чем в ските. Тем более, если бы она болела. Когда она приехала, я снова стояла перед ней на коленях, умоляла отпустить меня. Но она свой приказ не изменила. А потом приехали вы, и я попыталась вас опоить. А когда поняла, что ничего не вышло, от отчаяния решилась на страшное. Взяла настойку в комнате Маши и принесла ее матушке утром, сказав, что это хреновуха.
Тут будет реклама 3
Она выпила настойку, и ей сразу стало плохо. Я убежала через окно. Я думала, когда… когда она умрет, кольцо найдется. И я смогу убежать. Найти колдуна, чтобы он освободил меня. Не стала бы я опаивать Вазилиса Аркадьевича! Я бы ушла навсегда. Я не могу уже больше жить среди людей.
— Бабушка, это правда? — воскликнул Василь. — Маша? Гера?!
Бабушка медленно повернулась:
— Мне и правда следовало умереть, — тихо сказала она.
Тут будет реклама 4
Василь отшвырнул от себя тарелку, она со звоном грохнулась на пол.
— А знаешь, Гера. Маша была права. Ты приносишь только беды.
Он выскочил в коридор. Где-то хлопнула дверь.
— Надеюсь, теперь ты доволен, — покачала головой бабушка.
А Мария уронила голову на стол и зарыдала.
— Ка-а-р-р, — послышалось с улицы.
Аверин оглянулся — на карнизе открытого окна сидела галка. Вероятно, Кузе удалось удрать от детей, и он подслушал разговор.
