Что же, не стоило его за это осуждать, див принял живейшее участие в расследовании и наверняка побыстрее хотел узнать, что произошло.
Но внимание он привлек не поэтому. Аверин подошел к окну и увидел, что во двор дома въезжает машина."
"Когда она остановилась, с водительского места вышел человек в рясе — священник из местного храма, который на днях исповедовал бабушку. Анонимус придержал дверцу, помогая ему.
Из противоположной двери выбралась монашка. Фамильяр не только не помог ей, но и отошел на пару шагов, как будто не хотел соприкасаться.
«Див. Из скита», — догадался Аверин. И вопросительно посмотрел на бабушку:
— Кто это и зачем здесь?
Бабушка поднялась со своего кресла:
— Та, кто будет защищать этот дом, когда ты его покинешь. Я вызвала ее сегодня утром, сразу как встала.
— Она одна здесь? И с чего вы взяли, что дому вообще нужна защита? — поинтересовался Аверин.
— Вы с Анонимусом орали рядом с моей комнатой так, что невозможно было не услышать. И нет. Кто бы ни был тот див, который прятался в парке, я не имею к нему отношения.
Она удалилась, прошествовав мимо Аверина с высоко поднятой головой.
Аверин посмотрел на Кузю.
— Ну что же. Мне пора уехать отсюда. Кузя, иди за мной. И, — он повернулся к Марине, — ты тоже собирайся. У тебя есть немного времени, чтобы попрощаться с детьми и сестрой.
— Мне какие вещи брать? Теплые? — шмыгнув носом, спросила Марина.
— Не надо ничего. Я буду ждать тебя у машины.
Он пошел к выходу из столовой.
— Подождите. Да подождите же! — Мария выскочила из-за стола, догнала его и вцепилась в руку: — Мне нужно поговорить с вами. Сказать вам кое-что. Важное.
— Хорошо. Тогда пойдемте в мою комнату.
Когда он закрыл дверь, Мария некоторое время молча смотрела в окно на играющих детей, потом повернулась и медленно проговорила:
— Я должна вам рассказать…
— Подождите, — перебил ее Аверин, — сначала ответьте мне на вопрос. Вы любите моего брата?
— Да, конечно, но…
— Никаких «но», — он поднял руку, — я хочу точно знать, любите ли вы его искренне или просто верны ему под действием заклятия.
— Я люблю Василя! У нас трое замечательных детей! И я… я полюбила его еще до свадьбы. Ваш брат — самый добрый и благородный человек на свете. Еще тогда я уже носила ребенка…
— Я знаю. Поэтому я не почувствовал в вас того, что ощутил в Марине. Честно скажу, это ощущение, именно оно отвратило меня от нее. Но речь не обо мне.