Но если верить Вихрову, который снижается, вокруг завода толпы таких же, бесцельно тыкающихся из стороны в сторону людей. Чтобы перебить их всех, уйдёт несколько часов и прорва патронов. К тому же, есть и ещё солидный минус. Если за уничтоженных вражеских «автоматчиков» мы получили какие-то баллы, как за «изъянов», то вот за всех остальных, баллы эволюции начислялись, как за обычных живых людей. А среди всей этой массы было не так много «эволюционистов», как хотелось бы.
Да и расстреливать безоружных, тупо смотрящих перед собой людей — так себе занятие.
После того, как пространство рядом с терминалом очищается, выдвигаем вперёд несколько разведывательных групп. Они, во-первых, проверяют территорию, а во-вторых, при необходимости подгоняют бегущих людей, улепленных слизью. Спустя двадцать минут, становится понятно, что на территории завода противник отсутствует.
Сразу после того, как самолёт приземляется и отправляется в подземный ангар, по рации запрашиваю сеанс связи с лидером «лардов». Тот отвечает с третьего или четвёртого раза. Излагает, что у них в целом, всё под контролем. Только бегущие «ментальные зомбаки» чуть не ворвались прямо на территорию посёлка, удирая от наших светошумовых сюрпризов.
Когда спрашивает о белых хреновинах с щупальцами, понимаю, что «медузы» всё-таки здесь. По слова командира «вислоухих», как минимум две из них были замечены около их границы. Предупреждаю, что лучше их не трогать и опасаться внезапной атаки. А если уж решат ударить первыми — пусть задействуют тяжёлое вооружение.
После этого, информирую, что отправлю назад всех уцелевших в бою «лардов», которые всё это время сражались вместе с нами.
Поднимаем в воздух последний оставшийся бомбардировщик, по полной загруженный боекомплектом. После чего восстанавливаем целостность обороны.