Яр не ожидал, что Живой так вот к нему подойдёт. Мог бы ждать наезда, такого, на какой решился Стальной – но Живой шёл один и хотя глядел насмешливо и зло, явно не рвался в бой.
- Ты вот уже точно не Живой, - ответил Яр и, затянувшись, выпустил струю чёрного дыма в воздух перед собой.
- Зато свободный буду через пару дней.
Яр пожал плечами:
- Ну и что?
Ему было искренне всё равно.
- Да вот, нашёл тут девочки адресок, - Живой залез в нагрудный карман, достал белый прямоугольник и будто бы случайно уронил на землю оборванный с краю конверт.
Яр молча проследил за его рукой, а затем и за письмом, хотя в груди у него будто бы грянул колокольный звон.
- Ладно, ты там сам подберёшь, - бросил Живой и побрёл прочь.
Яр какое-то время стоял неподвижно, глядя, как Живой отдаляется от него, а затем наклонился и подобрал конверт. Не глядя на обратный адрес, вытащил письмо и быстро прочитал ровные ряды строчек, написанных знакомым небрежным почерком.
“Ярик… Я даже не знаю, что сказать. Я три раза переписывал письмо. Я тебе говорил уже всё… всё, что мог бы сейчас написать, но это было так давно…
У меня здесь всё хорошо. Всё, кроме тебя. Я надеюсь, ты это понял по тем журналам и по тем фоткам, что я присылал. Это всё места, где я хотел бы побывать с тобой. По крайней мере хотел, когда снимал. На фотографиях – те места, где я хотел бы с тобой побывать.
Я не хотел этим письмом тебя подставлять. Сто раз уже думал - писать или не писать.
Я знаю, что сейчас не время для этого всего… Но я бы очень хотел хоть разок тебя повидать. Чтобы понять… Что происходит между тобой и мной”.
Яр скомкал письмо и простонал в голос:
- Идиот…
Той ночью Яр не спал. Выяснить, когда выпускают Живого, казалось настолько же малореальным, как и выяснить, как попал сюда Журавлёв. Это могло случиться через месяц – а могло произойти в конце недели или завтра.
В конце концов он встал, натянул на себя футболку и свитер – и то, и другое прислал Андрей. Расстелив на шконке наволочку, покидал на неё то, что могло пригодиться - еду, спички, заточку, консервный нож. Скрутил всё это узелком и, спрятав под свитер, двинулся в коридор. Затем спрятал за пояс заточку, которая пылилась у него в барахле уже давно – завести её оказалось проще, чем пустить в ход.
Плана особого не было.