Хотел потянуть чуть подольше, сильнее измотать врагов, но не выходило — либо сейчас, либо уже никогда. Маны почти не осталось... И потому я мысленным усилием оборвал сосуды в сердце. А затем сотворил последнее в своей жизни боевое заклятие, превращая свою кровь в кипящую мощью магму, отдавая все силы, вкладываясь один-единственный, последний удар.
— Инферно! — взревел я, выплескивая всю эту мощь.
И уже умирая, отлетая в мир иной бесплотным духом я успел увидеть, как на несколько километров вокруг всё обратилось в огненный ад.
Никакая защита, никакие артефакты и алхимия оказались не в силах спасти их от посмертных чар пусть слабого, но Архимагистра.
Некоторое время я летел... Куда-то далеко, вперед, ощущая себя бесплотной искоркой сознания. Было любопытно, куда же я попаду в посмертии? Каким оно будет? Увижу ли праотцев, основателей Рода? Попаду ли в Ад? Или мне повезет, и окажусь в чистилище? А может...
А что там ещё может, я додумать не успел. Потому что все мои размышления оказались прерваны самым банальным образом — меня стошнило. Едкий привкус желчи и мерзкой водки, которую я выжрал на балу у Болконских слишком в больших количествах, давали о себе знать.
Стоп! Какой нахрен фон Келлет?! Какая водка?! Какие Болконские, Петя, Андрей, водка и дуэль?! Я ведь только что погиб, использовав всю жизненную силу. Я, Ожерельев Александр Васильевич, Старейшина Рода и сотник его же гвардии.
И я же, Михаил Морозов, третий сын Андрея Морозова, нажрался на балу водки и с дуру нарвался на дуэль. В которой меня прибили как свинью, а тело выкинули в кусты... Ведь я за каким-то хреном отправился драться без секунданта, в одиночку, в подозрительно пустой парк... Или вообще лес — что-то никого в округе не видать...
Так. Надо разобраться, что происходит.
Сделав усилие, я поднялся на ноги, и тут же чуть не потерял равновесие.