– ХОООООООООДОООООООР!
Дверь наконец открылась, но в нее вошел неизвестный Брану человек, в кожаном кафтане с нашитыми сверху железными дисками, с кинжалом в руке и топором за спиной.
– Чего тебе надо? – испугался Бран. – Это моя комната. Уходи отсюда.
Следом за незнакомцем вошел Теон Грейджой.
– Мы не причиним тебе зла, Бран.
– Теон? – У Брана даже голова закружилась от облегчения. – Тебя Робб послал? Он тоже здесь?
– Робб далеко и тебе не поможет.
– Не поможет? – испугался Бран. – Не пугай меня, Теон.
– Теперь я принц Теон.
– Винтерфелл? Да нет, это невозможно.
– Оставь нас, Верлаг. – Человек с кинжалом вышел, и Теон сел на кровать. – Я послал на стену четырех человек с крючьями и веревками, и они открыли нам калитку. Сейчас мои люди расправляются с твоими. Говорю тебе: Винтерфелл мой.
– Но ты воспитанник моего отца! – недоумевал Бран.
– А теперь вы с братом будете моими воспитанниками. Когда бой окончится, мои люди соберут все население замка в Большом Чертоге, и мы с тобой обратимся к ним.
– Не скажу. Мы тебя побьем и вышвырнем вон. Я тебе не сдавался, и ты не заставишь меня сказать, что я сдался.
– Это не игра, Бран, так что перестань капризничать – я этого не потерплю. Замок мой, но люди в нем пока еще твои. Если принц хочет их уберечь, надо сделать так, как я сказал. – Теон встал и подошел к двери.
Ожидание заставило Брана почувствовать себя еще более беспомощным, чем прежде. Он сидел на подоконнике, глядя на темные башни и черные во мраке стены. Один раз ему почудился крик у кордегардии и что-то похожее на звон мечей, но сейчас у него не было ни острого слуха Лета, ни его обоняния. «Наяву я сломанный, но во сне, когда я Лето, я бегаю, дерусь, все слышу и все чую».
Бран ждал, что к нему придет Ходор или кто-то из служанок, но вошел мейстер Лювин со свечой.
– Бран… ты ведь знаешь уже, что случилось? Тебе сказали? – Под глазом у мейстера была неглубокая рана, и по щеке текла кровь.
– Теон приходил сюда. И сказал, что Винтерфелл теперь его.
Мейстер поставил свечу и вытер кровь с шеи.
– Они переплыли ров, влезли на стену с крючьями и веревками и обрушились на замок мокрые, с мечами наголо. – Он сел на стул у двери.