С ней столкнулся несущийся вниз стражник – украшенный драгоценностями кубок и пара серебряных подсвечников вывалились из его красного плаща и загремели по ступенькам. Он заторопился вслед, не обращая на Сансу внимания, – ведь она не собиралась отнять у него добычу.
В ее комнате было черным-черно. Санса заперлась на засов и ощупью пробралась к окну. Отодвинув шторы, она ахнула.
Южный небосклон, залитый многоцветным заревом, отражал пылающие внизу пожары. Зловещий зеленый прилив омывал облака, и ширились пятна оранжевого света.
Санса попятилась от окна, торопясь зарыться в постель. «Надо уснуть. Когда я проснусь, будет уже новый день, и небо снова станет голубым.
– Леди, – пролепетала Санса. Встретится ли она после смерти со своей волчицей?
Что-то шевельнулось во тьме, и чья-то рука сомкнулась у нее на запястье.
Санса хотела закричать, но другая рука зажала ей рот, едва не удушив. Пальцы были жесткие, мозолистые, липкие от крови.
– Пташка. Я знал, что ты придешь, – прохрипел пьяный голос.
За окном к звездам стрельнуло копье изумрудного света, озарив комнату, и Санса увидела его – черно-зеленого, с темной, как смола, кровью на лице и светящимися по-собачьи глазами.
– Закричишь – убью. Можешь мне поверить. – Он убрал руку от ее рта. Санса учащенно дышала. Пес взял штоф вина, стоящий рядом с кроватью, и потянул из него. – Не хочешь ли спросить, кто побеждает, пташка?
– И кто же? – Она слишком испугалась, чтобы перечить ему.
– Я знаю только, кто потерпел поражение, – засмеялся он.
Таким пьяным она его еще не видела – и он спал на ее постели. Что он здесь делает?
– Почему вы так говорите?
– Потому что это правда. – Засохшая кровь скрывала ожоги на его лице. – Проклятый карлик. Жаль, что я не убил его давным-давно.
– Говорят, он убит.
– Убит? Ну нет. Не хочу я, чтобы он погиб просто так. – Пес отшвырнул от себя опустевший штоф. – Хочу, чтобы он сгорел. Если боги справедливы, они сожгут его, но я должен это видеть. Я ухожу.