Как же там было хорошо! Ни тяжелого тела, ни боли, ни слез, ни тревог, только приятные ощущения. Я обернулась на свое тело, и увидела его земные страдания. Каждую уже пролитую слезинку, и даже те слезы, которые мне суждено пролить в будущем.
Душа Линка была передо мной. Он потянулся ко мне, и я, как обычно, прочитала его мысли. С Амелией он ощутил любовь, истинную, всеобъемлющую любовь, и знал, что на земле никогда не познает такого чувства. Он дал мне понять, что хочет уйти. Со мной или без меня – как я сама выберу.
Я оглянулась на свою жалкую земную оболочку. Вот оно, искушение, очень сильное искушение.
Но затем я взглянула на ребенка, стоящего на коленях у тела Линка, и поняла, что мальчик мог бы полюбить отца огромной любовью. Линк был очень нужен своему сыну. Я посмотрела на Лизу. Та сидела на скамье, оцепенев от страха. Обычная женщина, которая обманом заполучила ребенка от кинозвезды. Но необыкновенный сын превосходит ее возможности: она не справится с его воспитанием. Я с удивлением осознала, что Линк нужен и ей.
Я оглянулась на бестелесных Мартина и Амелию. Однажды, подумала я, мы с мужем станем такими же. А еще во мне отчаянно нуждаются две маленькие девочки. Они не должны жить с человеком, в котором их способности будут вызывать ужас, которого им придется таиться. И им не нужна мать, которая настолько боится Сильвий Мерчинсон этого мира, что прячется от мерзавок за глухим забором.
Я посмотрела на Линка, и он улыбнулся. Он уже знал, какое решение я приняла. Амелия любила своего Мартина достаточно, чтобы ждать его сотню лет, и я тоже собиралась дождаться любимого мужчину.
Я улыбнулась Линку в ответ, мы взялись за руки и вернулись на землю.
Эпилог
Генри рассмеялся, увидев, как Линк судорожно вздохнул и вернулся к жизни. В человеческом мире Генри был слепым стариком, но в мире духов представал юношей и видел все. Этот выбор он сделал давным-давно. Человеческое зрение ослабляло его внутренний взор, и Генри отказался от него.
– У Дарси получилось, – сообщил он Девлину.
– Пока что ей все удается, – отозвался призрак. – Но она по-прежнему мало что понимает. – Перевертыш превратился в толстого старика, жующего попкорн. – Не думаю, что у нее выйдет.
– Она сможет! – настаивал Генри так энергично, что даже рассыпал попкорн.
Девлин обернулся викингом, словно готовился ринуться в бой.
– Прекрати! – нахмурился Генри.
– Это ты вызвал меня, так что я такой, как ты хотел.