— Да я просто у Веры Павловны хотел поинтересоваться заодно, как у местной. Где тут в Михайловске сносный кинотеатр имеется? — пожал плечами Федя, но, поймав на себе недобрый взгляд шефа, тут же добавил. — Все молчу, молчу, Никита Егорович… Мы с Верой Павловной этот вопрос позже обсудим.
— Что с Мироновой? — спросил меня следователь.
— В порядке, — ответил я. — Если можно так сказать. Никто не угрожал, ничего не знает. Надо будет ее еще раз навестить. Но не сегодня. Не до этого ей сейчас.
Судмед тем временем рассказала моим коллегам то, что я уже от нее услышал.
— Вот, обратите внимание, — она надела перчатки и взяла правую кисть трупа, та плохо гнулась, трупное окоченение еще не прошло. — Под ногтями жертвы имеются микроволокна. Думаю, они связаны с событием убийства. Миронов, пытаясь вырваться из захвата, скорее всего, зацепил их с одежды убийцы.
— Хоть какая-то улика, — радостно выдохнул Горохов. — Можно прямо сейчас их изъять?
— Да, конечно, изыму их в рамках экспертизы, потом впишу в заключение.
Медичка взяла какой-то серебристый инструмент, похожий на узкий скальпель, и сделала соскобы под ногтями. Аккуратно и скрупулёзно уложила их на липкий слой пленки для изъятия микрочастиц. Взяла лупу и стала их разглядывать.
— Волокна зеленого цвета, — пробормотала она.
— Замечательно, — потирал руки Горохов. — Отправим на экспертизу, узнаем вид текстиля, и уже кое-что будет у нас в копилке доказательной базы.
— Только если волокна окажутся самыми ординарными, шерсть, например, то это мало что нам даст, — скептически заметил я. — Зелёный цвет — распространённый. Такая одежда есть почти у каждого.
— Вот умеешь ты, Андрей Григорьевич, надежду отнять… — поморщился Горохов. — Хочется верить, что там синтетика какая-нибудь уникальная, а не шерсть. Как было по делу Новоульяновского душителя. Скажите, Вера Павловна, а под ногтями прошлых трех жертв, не было подобных волокон? Или чего-то еще?
— Нет, — покачала головой Титова.
— Может, вы что-то пропустили? — аккуратно поинтересовался Горохов, чуть потупив взор.
— Вы за кого меня принимаете, Никита Егорович? — медичка насупилась и подняла взгляд, — все объекты я исследую всегда тщательно и досконально. Под ногтями предыдущих жертв ничего не было, я вам ответственно заявляю. Ни крови, ни волокон, ни фрагментов кожи. В заключениях все подробно изложено.