Да, мы хорошо поработали, хотя Мэгги хотела старый дом, что-то с неповторимой индивидуальностью, как она говорила.
Бретт сухо заметил:
— Да, это единственное романтическое высказывание Мэгги. На самом деле она очень практичный человек.
Лиз пыталась придать беседе легкую непринужденность, как это делала бы Элизабет. Но так легко было допустить ошибку.
Она засмеялась и сказала:
— Не знаю, могу ли согласиться насчет Мэгги. А как же те старые снимки у нее над столом? Она к ним так трогательно относится.
Эта фраза прозвучала безобидно и просто, и Лиз искоса взглянула на Бретта, надеясь, что он одобрит ее. Но его взгляд внезапно стал жестким, а губы сжались в тонкую, горько искривленную линию. «Боже мой, что же я сделала теперь?» — испугалась девушка. Общение с Дентоном походило на прогулку по минному полю — никогда не знаешь, когда случайно оброненное слово вызовет взрыв. Лиз хотелось узнать, что же такое страшное случилось в прошлом. Она слышала какие-то намеки, но ничего конкретного.
Лиз продолжала болтать с Джи Би, рассказала ему, как встретила в огороде Эймса, как Джейк объяснял ей современные способы выращивания клубники… Джи Би держал ее руку в своих и слушал с легкой улыбкой на губах, словно просто хотел слышать ее голос и ощущать ее присутствие рядом.
Бретт молча смотрел в окно, но тут раздался стук в дверь, и Этель сообщила, что мистеру Бретту звонят из офиса в Бирмингеме.
— Простите, Джи Би, — сказал он, вставая. — Я скоро вернусь.
Когда он вышел, Лиз спросила:"
"— Хочешь, я иногда буду приходить и читать тебе? Если сможешь вынести мое глупое заикание.
— Очень хочу, солнце мое, я буду с нетерпением ждать твоего прихода.
Старик был обрадован.
— Тогда договорились. Какую книгу ты выберешь?
Они обсудили книги и остановились на Диккенсе. Когда вернулся Бретт, они оживленно обсуждали достоинства «Холодного дома» и «Больших надежд».
— Сиделка уже начинает беспокоиться, — заявил Бретт. — Она воображает, что мы утомляем вас, Джи Би. Я привел другого посетителя. Угадайте, кто это?
Его голос снова звучал непринужденно, очевидно, он справился с волнением. В руках он держал белого персидского кота.
— Сфинкс. Он с надеждой ждал у двери.
Он положил кота на постель, тот тут же заурчал и принялся тереться о руку старика.