— Тебе какого надо? Ну! Говори быстрей!
Кузнецова хлопает влажными глазами, переводит нерешительный взгляд на Раду.
— Богатого ей надо. И чтобы плечи были шире живота, — смеясь, отвечает за нее Дружинина.
— Какая ты, Наталка, принципиальная, — качает Артём головой и, ухмыляясь, набирает чей-то номер. — Сейчас найдем
тебе нормального бульдога.
Кузя приходит в себя, сбрасывая минутное оцепенение, и хватает его за руку, пытаясь остановить.
— Не надо! Ты что!
— Руки убери от меня, — рыкает Гергердт и, дергая локтем, стряхивает с себя нетвердую Наташкину ладонь.
закрой. Павло, здорово. Слушай, тебе баба нужна? Нужна?.. Завтра привезу. Потом позвоню. Да, позвоню, — прощается он и
возвращает телефон на место. — Ну все, Наталка, радуйся. Павло у нас богатый и спортсмен. Только водку жрать
прекращай, не любит он этого.
— Угу, — кивает Наталка. Потом спохватывается: — Куда завтра? Я завтра буду с похмелья!
— Ну и нормально. Отоспишься, сходишь в салон красоты на оздоровительные процедуры, в крайнем случае еще нашатыря
хлебнешь, до вечера протрезвеешь.
— До какого вечера? Я вся в синяках, — с чувством причитает Наташка. Шмыгает носом, оглядывает себя. Наверное, уже
планирует свидание, раздумывая, как окрутит Павло, что на себя наденет. Ну и слава богу, будет теперь ей чем заняться,
прекратит под ногами путаться.
— А вдруг я ему не понравлюсь? — вдруг говорит Кузнецова с несвойственной ей неуверенностью. Говорит она с
трогательной правдивой неуверенностью, какой Гергердт до этого момента в ее поведении не замечал.
— Почему это ты вдруг ему не понравишься? Смазливая. Смазливая же? — сверлит ее насмешливым взглядом.
Она смущенно улыбается и пожимает плечами. Потом глубоко вздыхает. Тонкая бледно-джинсовая рубашка вот-вот с
треском разойдется на пышной груди, и пуговицы посыпятся на пол. Кажется, Наташка ошиблась с размером.
— Понравишься, — ухмыляясь, добавляет Гера, — титьки у тебя нормальные, подсвечник тоже. И блондинок Пашка любит,
говорит, они особенно женственные, гламурные.
— О, Наташ, подожди, у меня есть хорошее средство от синяков, — вмешивается в этот обмен любезностями Дружинина.
Она мягко соскальзывает со стула, идет к лестнице, поднимается в спальню. Артём провожает ее долгим взглядом. Не в
силах оторваться от ее ног, он в сотый раз проклинает сидящую рядом Наташку.
Рада приносит водолазку, которую они купили.