Прими душ, Гера, отмойся от своих шлюх, ты же целых
пять месяцев будешь спать с хорошей девочкой.
Гергердт смеется и опустошает свою рюмку.
— Еще что сделать?
— Ешь, Гера. Закусывай холодцом. Целоваться мы все равно не будем. Я тоже не люблю этого. Еще не встречала в жизни
ни одного мужика, который умел бы нормально целоваться.
— А что хороший и чуткий любовник Антошка не вытягивает?
— Не-а, — Дружинина смеется и закусывает губу. — Антошка тоже все мимо.
— Как скажешь, Радка-мармеладка, можно и без поцелуев. Как скажешь.
— Гера, ты чё не в тренде? Кто так шарф носит? — Рада тянется вперед, обматывает лиловую ткань вокруг его крепкой
шеи. Веселится. Ее глаза блестят, светятся глубинным светом. Губы поджаты, тщательно сдерживают улыбку. — Мы совсем
не знаем друг друга… что нам нравится."
"— Узнаем, — беспечно отзывается Гергердт и сжимает ее запястья.
У него такие горячие ладони. Это тепло струится по ее коже, вверх по рукам, до самых плеч. Ей совсем не привычны такие
прикосновения, а надо привыкать.
— Я могу точно сказать, что мне не нравится. Наверное, лучше с этого начать.
— Давай начнем с этого, а то нам в постели спорить некогда будет.
Гера отпускает ее руки и наполняет свою рюмку водкой. Рада кивает, подвигает к себе свою полупустую. Там водки на один
глоток, но ей хватит. Она не привыкла к таким крепким напиткам.
—У нас с тобой точно не будет анального секса, даже не мечтай. Я никогда не буду делать тебе минет, стоя на коленях. И
сзади мне тоже не очень нравится.
Забавно. Рада сидит перед ним в майке и джинсах. И в этой майке она чувствует себя неуютно. Ее выдают случайные жесты.
И меж тем она спокойно рассуждает о сексе. Оральном и анальном. Забавно.
— Ладно. Может не сдохну я за пять месяцев без анального секса, — ухмыляется. — А не на коленях?..
Дружинина облизывает губы и мягко улыбается.
— Если будешь хорошо себя вести.
Гера запрокидывает голову и хохочет. Так с ним еще никто не договаривался.
— О, я буду хорошим мальчиком!
Его резкой смех будто взрывается в воздухе. И у нее внутри, у Рады, от него что-то взрывается, ломается, рушится. По
венам течет долгожданное тепло, и ладони становятся приятно горячими. Она уже готова лечь в постель.
Ей все это время было трудно принять, что тот Гера – это этот Гера. Что мальчик Артём Гергердт снова зачем-то появился
в ее жизни. Все казалось, что привиделось все, их встреча, так не бывает в жизни.