Плохие девочки не плачут. Книга 3

Развратные картины распаляют воображение.

Впереди разворачивается трагедия, но мне плевать на перепитии чужого сюжета. Пусть проблемы похожи, у нас другой расклад. Не изменяю, не предаю. Просто утаиваю долю информации.

Там муж допрашивает жену с пристрастием, тут я сгораю от низменного желания. Вот и все. Нет ничего общего.

— Il nome, o la tua vita (Его имя, или твоя жизнь), — тихо произносит фон Вейганд, дразнит жарким дыханием. — Il nome (Его имя).

После смерти точно окажусь в аду.

На подмостках гибнут люди. Хозяин труппы закалывает неверную супругу, потом убивает ее любовника.

А меня волнует оргазм.

Ноль сопереживания. Музыка не пробирает, пение не трогает.

Думаю только об огромном раскаленном члене внутри. О безумных, яростных движениях, сотрясающих тело. О сладостных спазмах пьянящего наслаждения.

Я обращаюсь в сгусток токсического возбуждения.

— La commedia e finita (Комедия окончена), — заявляет главный герой.

Однако моя пытка продолжается.

Настает черед оваций, по залу проносится ураган аплодисментов.

Публика щедра на эмоции, благодарит за доставленное наслаждение. Хлопаю с энтузиазмом, мысленно предвкушаю возвращение в отель.

Обломись, грядет добавка.

Cavalleria rusticana, прошу любить и жаловать. «Паяцы» отгремели, теперь на горизонте «Сельская честь». Приятное дополнение, неожиданный бонус. Выясняется, эту прелесть играют либо для затравки, либо ради послевкусия. Придется терпеть.

Твою ж мать, сколько здесь опер?!"

"Начинаю понимать Машу. Красиво поют, пляшут тоже прекрасно.

И тем не менее пора завязывать. Сушите весла, ребята.

Нервно стискиваю сумку, стараюсь забыть, что ненароком вытерла ею пол в туалете.

Боже, раньше я ничего не ведала о страданиях.

— Великолепно, — заключает фон Вейганд, небрежно дотрагивается до моего бедра, вроде бы случайно скользит ладонью выше, к животу.

Судорожно выдыхаю.

— Потрясающее выступление, не находишь? — спрашивает елейным тоном.

Откашливаюсь.

Заехать бы ему в челюсть. Кулаком или с ноги. Рассмотрю любые опции.

Где эта чугунная сковорода, когда так нужна?

Считаю секунды, надеюсь умерить похоть.

Но пламя лишь разгорается сильнее. Чувствую себя чокнутой извращенкой. Напрасно пробую протрезветь. Возбуждение не отпускает.

Под аккомпанемент классической музыки я медленно теряю рассудок.

Ненавижу оперу. Ненавижу зрительный зал. Ненавижу «Ла Скала». Звучит кощунственно, понимаю. Однако состояние аффекта меня оправдывает.

Жажду секса. Сейчас же. Иначе убью кого-нибудь. Берегитесь.