Нахожу укромный уголок, избавляюсь от объемной экипировки, оставляю листовки. Теперь надо добраться до отеля.
Господи, всего полчаса отделяют меня от истины.
А может стоит притормозить? Поразмыслить, проанализировать вероятное развитие событий. Может все-таки нужно признаться? Излить душу, вернуть доверие. Может существует шанс исправить положение иначе? Не лезть в авантюру, не нарываться. Прекратить саморазрушение.
Да не, бред какой-то.
Опускаюсь в метро, следую по четкому маршруту. Стараюсь не думать, просто действую.
Лгунья. Предательница. Сука чертова.
Это не я. Это не про меня.
***
Мы отчаянно стремимся осуществить мечты, воплотить грезы в реальность. И совсем не замечаем, стоят ли они того, что за них заплачено.
Я добираюсь до назначенного места, ощущаю лихорадочное волнение. Замираю у порога в предвкушении разгадки.
В памяти всплывает иной отель. Ночь, которая изменила всю мою жизнь, взорвала реальность, изувечила и вознесла.
Зачем я здесь?
Нервно поджимаю губы.
Все очевидно. Желаю добраться до правды.
Тогда почему медлю? Не отваживаюсь постучать, даже просто занести руку, приподнять ладонь, царапнуть поверхность двери ногтями. Не решаюсь подать голос, шевельнуться. Замираю в коридоре, словно прирастаю к месту.
Я уже не уверена, что хочу познать истину. Вкусить отравленный плод. Сладостный, но смертоносный.
Вдруг часть меня умрет? Погибнет под тяжким грузом. Не выдержит. Сломается, сорвется. Ведь далеко не каждый вынесет испытание правдой.
Только сомневаться поздно.
Онемевшие пальцы все-таки сжимаются в кулак.
Плевать на последствия. Главное — результат. Здесь и сейчас я просто жажду понять расклад.
Стучу в номер и выясняю, что дверь открыта. Легко поддается вперед, отворяется настежь с мелодичным скрипом.
Дурной знак.
Но когда подобные мелочи меня тормозили?
Я переступаю через порог. Я преступаю запрет фон Вейганда. Сознательно нарываюсь на приговор, на высшую меру наказания.
Я трезва.
Я даже не пытаюсь остановиться.
Дверь захлопывается за моей спиной.
— Я знал, что ты придешь, — говорит Стас.
— Я здесь не ради тебя.
— Это я тоже знаю.
Он закрывает замок. Щелчок. Еще щелчок. Мне не страшно. Просто не по себе. И я складываю руки на груди, потому что становится холодно.
— Ты сволочь, — выдыхаю сдавленно.
Он не спорит.