Будто целые стаи монстров таятся по ту сторону, готовы вырваться на волю в любой момент. Цепи поблескивают в полумраке, обманчиво мирно покоятся на сырой земле. Но кандалы скалятся, так и норовят вонзиться в податливую плоть, впиться как когти, вгрызться до крови.
Сжимаю рукоять пистолета настолько сильно, что пальцы практически отнимаются. Иду дальше, продолжаю свой путь. Повинуюсь инстинкту, иначе вряд ли пойму, куда можно повернуть.
Такие подземелья прямо созданы для пробуждения паранойи. Тут и адекватный человек сойдет с ума за секунду.
Осторожно продвигаюсь вперед. Оглядываюсь по сторонам, смотрю под ноги. Ступаю медленно, однако уверенно.
В памяти всплывают истории о коварных ловушках, которые часто использовались для защиты средневековых замков. Наступил не туда — провалился в секретный люк. Задел какой-то хитрый механизм — моментально повис верх тормашками. Нажал на рычаг — получил залп из арбалетов во все стратегически важные места. Мрачные коридоры скрывают множество сюрпризов.
Я бы не отказалась от детальной карты. Тут столько поворотов, что глаза разбегаются и кружится голова. Всякий раз я принимаю решение наугад. Не самая лучшая идея. Но других нет.
Настоящее подземное царство. Наверняка превышает по размерам видимую часть особняка. Кому и зачем понадобился такой огромный подвал?
Застываю. Боюсь дышать, боюсь спугнуть мираж. Замечаю следы. Несколько глубоких отпечатков в пыли. А совсем рядом — темные, почти черные пятна крови, что выглядят особенно контрастно на фоне серого камня.
Отлично, значит я на верном пути.
Теперь становится гораздо проще идти. Хорошо, я не надела каблуки. Модельные туфли вряд ли подходят для освоения подобных территорий.
Узнаю местность.
Главный вход. Через этот коридор я впервые попала в подземелье. Прямо по курсу красуются пыточные агрегаты. Дыба. Тиски. Гроб, украшенный длинными острыми иглами. Коллекция изысканных игрушек на любой вкус.
Шаг за шагом. Чем ближе к цели, тем сильнее искушение.
Кончики пальцев жжет, сводит судорогой от дикого напряжения. Меня колотит озноб, бросает из жара в лед. Бой пульса рвет барабанные перепонки.
Я продолжаю идти. Осторожно, ровно. Как по стальному канату. Над пропастью. Одно неверное движение — да здравствует бездна.
Замираю, прислушиваюсь, пытаюсь угомонить, урезонить собственное сердце.