Ведь не может он и правда оказаться здесь. По-настоящему.
Просто фантазия. Плод больного воображения.
Но потом вспыхивает свет. Ослепляющий. И рушатся покровы уютной темноты. Рассыпаются. В пепел. В пыль. Эта перемена действует удушающе.
Я вздрагиваю. Обхватываю своё горло, будто пытаюсь ослабить веревку. Оглядываюсь вокруг. Моргаю. Часто-часто. Лихорадочно. Глотаю слезы. Захлёбываюсь. Закашливаюсь и трепещу.
Бойтесь своих желаний.
Поднимаю взгляд.
Погибаю.
Обмираю изнутри.
— Алекс, — выдыхаю я.
И практически сразу понимаю, что ошиблась.
Жизнь играет со мной злую шутку.
Опять.
— Это не правда, — бормочу я, нервно мотаю головой, слабо дергаюсь, тщетно пробую вырваться из плена пугающей иллюзии. — Это не так.
До боли знакомая фигура. В кресле у камина. До боли знакомая поза. Повелителя мира. Безупречный костюм. И осанка безупречна. Не хватает только бритого черепа.
Мужчина поднимается и подходит ко мне.
Шаг за шагом.
Он идёт.
А я все ближе к самому краю.
Я на грани.
Вокруг сгущается темнота.
Иначе почему черны его глаза?
Здесь светло. Вроде бы. Лампы пылают на полную.
Но зрачки расширены. До предела. Небо сожрано мороком. Его взгляд погружает в самое пекло. И обдает льдом. Его взгляд убивает.
А я думаю — кто он?
Кем был. Кем стал. Сколько судеб разрушил. Сколько жизней отнял. Скольких людей растерзал.
Я бы не хотела стоять у него на пути.
Никто бы не хотел. Не рискнул бы. Не посмел.
Да только не всегда есть выбор.
— Вы ошибаетесь, — говорю я.
Вальтер Валленберг насмехается надо мной.
Выгибает брови. С неприкрытой издевкой. С ядовитой иронией.
Боже.
Чертовски похоже.
Вот как он может?
— Я верю в Алекса, — заявляю твёрдо.
Он хохочет."
"— Но вы должны, — запинаюсь, медлю и заявляю четче: — Вы должны ему помочь.
Хохот обрывается.
Кривая усмешка точно волчий оскал.
— Никогда, — мрачно чеканит барон.
— Я сделаю все, что захотите, — обещаю горячечно. — Выполню любой приказ.
Валленберг молчит.
Но его взгляд звучит гораздо громче слов.
Я забываю дышать.
Почти.
На мне только тонкая ночная рубашка и не менее тонкий халат. Минимум нижнего белья. Никакого бюстгальтера. И этого явно недостаточно, чтобы ощущать себя в безопасности. Хотя от этого зверя никакая броня не спасет.
Кажется, любое мое движение — провокация. Неосторожный поворот. Вдох-выдох. И я помимо воли нарушу правила приличия.