Комедия закончена. Трагедия тоже. Занавес.
Прощай. Ты в прошлом. Смирись. Не ищи. Не зови. Просто отстань. Отвали. Сгинь. Потеряйся во мраке.
Я слабая. Безнадежная. Неизлечимая. Наркоманка. Но даже при самом печальном раскладе могу уползти.
Нашей свадьбы не будет. Не только сегодня. Никогда.
Я не создам новый том этой гребаной книги.
Точка. Точка. Точка.
Понятно?
— Нет, — заявляю твердо. — Я ничего подписывать не стану. Даже за Дориана выходила в нормальном прикиде. К свадьбе со Стасом лучше готовилась.
Упираю руки в боки, стараюсь выглядеть стойко и угрожающе, призываю на помощь все силы. Всю волю. До капли.
— Придется отменить церемонию, — выдаю уверенно и строго. — Конечно, пиджак у тебя улетный, но за свадебное платье не прокатит.
— Валяй, — поразительно легко соглашается фон Вейганд. — Найду другой наряд. Чтоб нам двоим по вкусу пришелся.
Ох, стоило сразу предугадать такой расклад. Обещал же прежде одеть иначе, в ту ночь, когда принудил к разврату на моей детской кровати.
Но я не сдамся. Ни за что. Не побоюсь. Не уступлю. Ни единого сантиметра назад, ни пяди врагу.
Он еще не знает…
Он…
Фон Вейганд подходит и срывает с меня пиджак. Так, что пуговицы разлетаются в разные стороны, ткань по швам трещит, расползается. Миг — облачение сдернуто и отброшено.
— Т-ты, — осекаюсь. — Т-ты.
Ничего стоящего произнести не способна.
Инстинктивно обнимаю себя руками. Прикрываю стратегически важные места.
Холодно. Как тогда. В подвале.
Мой поводок удлинен. Ослаблен. Слегка.
А свобода насквозь лживая. Мнимая. Иллюзия.
— Пожалуйста, я…
Он подходит к столу, останавливается напротив тех странных мужчин и не менее странной женщины, берет ручку и расписывается. Отдает резкий приказ на немецком языке. Трио синхронно отворачивается. Покорно сливается с мебелью. Никак не отсвечивает.
— Твоя очередь, — говорит фон Вейганд.
И я понимаю, что отказаться нельзя. Что здесь не спрашивают. Стимулируют. Направляют к верному решению. Нежно. Деликатно. А если начну бунтовать, получу гораздо жестче.
Будет и битое стекло. И раскаленные угли. И еще много чего экзотического.
Полный пакет развлечений. Для меня лично.
— Я, — сглатываю. — Слишком рано.
Дура. Психопатка. Самоубийца.
За родителей не страшно? Он же их в порошок сотрет. Уничтожит в момент.