Я ее открою, когда вода почти заполнит салон. Здесь неглубоко. Вынырнем. И не вздумай хватать меня за ногу, дай мне выйти, развернуться и протянуть тебе руку. – Теперь он говорил нарочито спокойным тоном. Паника в этой ситуации может погубить обоих.
Кивок. Выражение лица обреченное. Но делает, что велел. Хорошо хоть не в потемках. Светло, и вода прозрачная. Легкая такая сумеречность, словно в фильме про Ихтиандра.
Упершись головой в потолок, сделал хороший вдох и, потянув за ручку, навалился плечом на дверь. Тяжело тронулась, но в приоткрывшуюся в верхней части притвора щель хлынул поток, и сопротивление ослабло.
До берега доплыли быстро. Оказалось недалеко. Длинная песчаная коса, концов которой не видно, в отдалении за ней угадываются кроны деревьев, да коряга лежит неподалеку, наполовину занесенная песком.
Девушка, в облепившей грудь футболке, выглядит аппетитно. И мокрые штанишки, кажется, это называется бриджи, подчеркивают фигуру. Хотя ростом она почти со Славку.
– Меня Агриппиной зовут. – Похоже, к ней вернулось самообладание.
– У меня с именем тоже не все в порядке. Всеслав. Представляешь, бабуля Всесиком зовет. Терплю, конечно, – улыбнулись, – Слава, в общем.
– И куда же это, Слава, ты меня завез? – На Рипином еще немного бледном лице усмешка.
– Ни разу ни одного не встретил. Я думал, что это твоя колымага – замаскированный нуль-транспортиратор, то есть транспортатор, или транспортер."
"– Правильно – транспортировщик. Только это не про мою машину, это из анналов литературного жанра, именуемого фантастикой. И не обижайся на шутку.