Конница широко раскинула свои отряды, чтобы захватить как можно больше чужих, неизвестных земель. Следом, сомкнутым строем, шагала пехота.
Деревня племени оритов, встретившаяся на пути, стояла среди песков побережья зеленым оазисом. Пальмы с желтыми гроздьями фиников возвышались над убогими жилищами, вокруг деревни колосились хлеба, ходили стада овец и коз. Армия прошла через деревню – и не осталось ничего! Ни воды в реке, ни хлеба, ни стад.
Одна из таких деревень пыталась защитить свое добро. В македонян полетели отравленные стрелы.
Битву закончили фалангиты без него. Жителей закидали дротиками, оставшихся в живых взяли в плен, а деревню сожгли."
"Александр, не доверяя врачам, сам лечил Птолемея. Его жизнь была ему слишком дорога. Птолемей остался жить.
Войско двинулось дальше.
В Рамбакии, городе племени оритов, Александр остановил войско на отдых. Место понравилось ему: если поставить здесь свою крепость, то можно будет захватить и всю землю оритов.
– Гефестион, ты останешься здесь и построишь город. Это будет Александрия Оритская.
– Да, царь.
Александр внимательно поглядел на него:
– Ты не болен, Гефестион?
Гефестион, сильно почерневший под индийским солнцем, стоял с тяжело повисшими руками и опущенной головой.
– Не знаю, Александр.
– Но кто лучше тебя построит город, Гефестион?
Гефестион не спорил. Ему приказано строить крепость. Он ее построит.
Он долго стоял на холме и смотрел вслед уходящему войску.
Вот уже и нет их, только желтое облако пыли медленно стелется на дороге. Унылая равнина Гедросии с редкой зеленью, и лиловые вершины гор вдали, и затихший лагерь…
Сойдя с холма, Гефестион снова принял спокойный и властный вид.
– Работать!
Строители энергично взялись за дело. Не первый город они строят с Гефестионом. Гефестион торопил: им некогда медлить здесь, на чужой, далекой от родных мест земле.
Он следил, как возникают стены, но казалось, что возникают они слишком медленно.
Порой нападала печаль. Может быть, начала одолевать усталость от непрерывных забот, трудов и сражений последних лет. «Сколько мне еще быть здесь! – с тоской думал он. – Скоро ли я это построю – ведь это же не дом, это город, крепость!..»
Неожиданно в лагерь явился Леоннат, телохранитель царя.
– Гефестион, собирайся в путь.