Он, улыбаясь, обнимает меня, и в этот момент появляется Эрик. Мы с Бьорном улыбаемся, и Эрик, подшучивая, спрашивает:
– Я должен что-то заподозрить?
Мы с Бьорном переглядываемся и в унисон отвечаем:
– Да.
Мы все смеемся, Бьорн отпускает меня, и Эрик заключает меня в свои объятия. Наблюдающая за нами пуделиха вдруг вмешивается:
– Мы тогда превосходно пообедали, не так ли?
Бьорн кивает, и Эрик тоже. Обед? Какой еще обед?
Она добавляет:
– Мы обязательно должны повторить. Бьорн, буду рада еще раз побывать у тебя дома.
Меня парализует.
Что это значит – что Эрик обедал с Фоски в доме Бьорна?
К пуделихе подходит одна девочка и просит дать ей автограф, и они отходят от нас на несколько шагов. Бьорн и Эрик смотрят на меня и, догадавшись, о чем я подумала, переглядываются. Бьорн начинает объяснять:
– Джуд, это был деловой обед.
– У тебя дома?
Всполошившись, Эрик подходит ко мне и, беря меня за запястье, говорит:
– Джуд, не делай поспешных выводов.
– Ты обедал с Фоски? С этой ничтожной пуделихой?
Бьорн разражается хохотом.
– Фоски? Ты назвала ее ничтожной пуделихой?
Но Эрику не до смеха, и, когда я начинаю шагать к выходу из спорткомплекса, он поясняет:
– Мы обедали не у него дома. Джуд, мы были в ресторане.
С яростным выражением лица разворачиваюсь и цежу сквозь зубы:
– Мне отлично известно, что вы делали у него дома. – И, зыркнув на Бьорна, ворчу: – А ты, скверный друг, как ты мог это позволить?
Бьорн в ступоре пытается что-то возразить, как вдруг Эрик произносит:
– Любимая, может, ты успокоишься? Ничего не было.
Я уже дошла до такого состояния, что кидаюсь на людей. Я в ярости и, глядя на них обоих, отвечаю:
– Мудаки! Вы оба – мудаки!
Они переглядываются. Бьорн не может отойти от потрясения, а Эрик шепчет:
– Хватит с нее на сегодня."
"Этот комментарий еще больше меня взводит, и я опять иду к выходу.
– Послушай, толстушка, – говорит Бьорн, опережая меня, – не думай ничего плохого. Эрик зашел ко мне в офис, затем пришла Агнета, и через пять минут мы вышли пообедать в ресторан, чтобы обсудить рекламу компании Мюллер. Ну почему ты нам не веришь?
Когда он пытается меня удержать, стукаю его кулаком и, глядя на его шокированное выражение лица, цежу сквозь зубы:
– Во-первых, я позволяю тебе называть меня толстушкой только потому, что я беременна.