– Собрать курфюрстов, устроить импичмент… Слышал, не очень-то он и легитимен, так?
– Вы о короле Сигизмунде? Он ловок и весьма удачлив.
– И слова своего не держит! Сволочуга та еще. Настоящий государственный деятель, практически – российский политик, по всем ухваткам – да! Так… я к чему это? – Вожников почесал затылок. – Ах да! К тому, что вам, уважаемый профессор, желательно расширить число своих сторонников – нормальных сторонников, а не всяких там отморозков с дурацкими идеями – и… и не очень-то спешить на костер!
– Ради своих убеждений я пойду на смерть! – резко заявил профессор.
– Ай-ай-ай! – издевательски засмеялся Егор. – Кто-то, кажется, говорил, что не терпит пафоса? Какой-то вы слабохарактерный, господин Гус!
– Я? Слабохарактерный? Да костер для меня – ничто, я не боюсь…
Князь лениво отмахнулся:
– Да бросьте вы, магистр, свою дурацкую агитацию – я, знаете ли, циник. Да и вы – не дурней Лютера. Погибнуть с честью может любой дурак! Много ума для этого не надо. А вот добиться своей цели… идти к ней размеренно и неутомимо – это куда трудней, тут одной храбрости мало – нужен еще и недюжинный ум, и хитрость, и коварство – да-да, а вы как думали, уважаемый господин Гус? Хотите реформировать церковь, построить национальное государство? Отличная идея! Только зачем же сбегать от нее на тот свет? Не торопитесь ли вы с этим, дорогой магистр? Ну, сожгут вас… а кто дело делать будет?
– Кроме меня, есть еще…
– Есть, да! – Егор сжал кулаки, словно вступил сейчас в боксерскую схватку.
Так ведь и вступил – только в словесную… куда тяжелее обычной! Ну, пару прямых ударов – джебы, кроссы – он профессору уже нанес, и теперь перешел к боковым…
– Доберутся и до них – отправят на костер Иеронима Пражского, Николая из Дрездена… Кто останется-то? Упертый Ян Жижка?
Ага. Вот тебе – хук, профессор!
– Он хороший воин!
– Кто бы спорил? Военачальник – отличный… тольео политик – никакой. Сами подумайте, сколько всякой озлобленной на весь свет сволоты вокруг него кормиться будет! И весь мир – вся рыцарская Европа – против! А это, поверьте, сила… по крайней мере, пока.
А вот тебе, профессор Ян Гус, и «апперкот в печень».