Пока ехал, не мог прогнать страх, что деда убьют — в худшем случае, или что он перестанет заниматься торговлей, посчитав, что грядут большие перемены, и место фарцовщиков — в тюрьме.
Только бы его не накрыло окончательно! Только бы коррозия пропаганды не разъела мозг!
Закрыв Карпа в подвале, я взлетел на пятый этаж к Каретниковым. Открыл мне жующий Ян — все семейство завтракало. Прожевав, он сказал:
— Звонить? Ну, проходи.
Я заглянул на кухню, где тихонько играли «Депеш Мод», поздоровался с Каретниковыми, которые ели бутерброды под музыку, и принялся крутить диск телефона.
Поползли протяжные гудки улитками по склону Фудзи. Неужели он до сих пор торчит под Белым домом, охраняет депутатов?
Его можно понять: у старшего поколения ничего не осталось, их сбросили с корабля современности, а тут появилась надежда поучаствовать в судьбе страны. Его охватило пламя праведного гнева, а огонь не только сжигает, но и греет. И как бы ни был человек умен и образован, если он вспыхивает — пиши пропало.
Щелк! Ответил! Ощущение было, словно я — натянутая тетива, и вот стрела пущена, можно расслабиться.
— Дед, привет! — воскликнул я. — Слава богу, ты живой! Жутко за тебя волновался, и не дозвониться!
— Что со мной станется! Фашистов бил, и этих чертей буду бить. Ты слушал вчера Ельцина?!
— Да…
— Удивлен! Молодец, сознательный! Надеюсь, ты не поддерживаешь его, как твои дураки-ровесники. Ты понял, что он сделал? Попрал закон! Переписал конституцию единолично и распустил Совет! Где это видано, как в Африке, возомнил себя царем! Надругался над народовластием и думает, что мы утремся! Но нет, мы будем сражаться! Говорит, что спасает Россию и народ за него, а мы тогда кто?
— Его враги, — поддержал я деда.
Ничего другого говорить было нельзя, потому что, когда включается вот это «мы», отрубает критическое мышление. Да и личность отключается.
— Что он о себе возомнил? Если народ восстанет, его сметут! И никакие империалисты его не спасут.
— Дед, мы с Алексеем открыли автомастерскую, я тебе говорил, — резко сменил тему я. — Вчера он починил первую иномарку, представляешь? Дело пошло! И мне очень нужна твоя помощь, это раз. Два, ты присмотрел себе «запорожец», когда будешь брать?
— Не буду, — огорошил меня дед. — Не до того сейчас. И еще. Передай бабушке, чтобы товар присылала через день, я уволил продавщицу.
— За что? — само сорвалось с губ. — Вы же ладили.