Посмотрите на Децима Юния Силана, слабого и нерешительного глупца! Когда он думает, что Марк Туллий хочет смертного приговора, он предлагает высшую меру наказания! Затем, когда с успехом выступает Цезарь, наш бедный Силан меняет свое мнение: оказывается, он имел в виду именно то, что сказал Цезарь! Как же мог он оскорбить своего любимого Цезаря? А что же наш любимый Цезарь, благовоспитанный и женолюбивый пижон, который хвастается, что он – потомок богов, а потому готов гадить на всех простых людей? Цезарь, почтенные отцы, и есть настоящий, главный зачинщик в этом заговоре! Катилина? Лентул Сура? Марк Красс? Нет, нет, нет! Цезарь! Это заговор Цезаря! Разве не Цезарь хотел, чтобы его дядю Луция Котту и его коллегу Луция Торквата убили в первый же день их вступления в должность консулов три года назад? Да, Цезарь предпочел Публия Суллу и Автрония своему кровному дяде! Цезарь, Цезарь, всегда, всегда Цезарь! Посмотрите на него, сенаторы! О, он лучше, чем все мы, вместе взятые! Потомок богов, рожденный править, желающий манипулировать событиями, он счастлив затолкать других в печь, а сам спрятаться в тени! Цезарь! Я плюю на тебя, Цезарь! Я плюю!
И Катон действительно попытался плюнуть в Цезаря.
– У нас пятеро виновных под охраной, которые признались в своих преступлениях и в преступлениях шестнадцати других, еще не пойманных нами.
– Надеюсь, у тебя найдутся доказательства, – мягко сказал Цезарь, хорошо знавший, что спокойствие доводит Катона до безумия.
– Не волнуйся, я достану доказательства! – гаркнул Катон.