Две команды лучших гадитанских гребцов. Ни багажа, ни животных. Только пассажиры – ты, я и Бургунд. И еще сильный юго-западный ветер, – с усмешкой добавил Цезарь.
– Пара пустяков, – сказал Бальб, не отвечая на улыбку Цезаря.
Он редко улыбался. Гадитанские банкиры безупречного финикийского происхождения не воспринимали жизнь или обстоятельства легко. Внешность Бальба не обманывала: это был проницательный, спокойный, человек огромного ума и способностей.
Цезарь уже шагал к выходу:
– Пойду поищу хорошее судно.
Твоя задача – найти мне штурмана, способного отчалить сейчас. Мы пойдем прямо через Геркулесовы столпы, зайдем в Новый Карфаген, чтобы загрузиться едой и питьем, оттуда – к Малым Балеарам и прямо в пролив между Сардинией и Корсикой. Нам предстоит проплыть тысячу миль, и мы не можем надеяться на ветер, который принес письмо от Магна за пять дней. У нас в запасе двенадцать дней.
– Предстоит проделывать более восьмидесяти миль от восхода до захода. Это не шутка, – сказал Бальб, вставая.
– Но это возможно. При условии, что ветер будет попутным. Доверься моей удаче и богам, Бальб! Я принесу великолепные дары морским ларам и богине Фортуне. Они услышат меня.
Боги услышали Цезаря, хотя как ему удалось завершить все необходимые приготовления за те пять коротких часов, которые у него оставались до отплытия из Гадеса, было выше понимания Бальба. Квестором Цезаря служил очень работящий и опытный молодой человек. Он с энтузиазмом принялся организовывать доставку собственности Цезаря по суше из Испании в Рим Домициевой дорогой.
Трофеи были давно уже отправлены в сопровождении легиона, отобранного Цезарем для своего триумфа. К его удивлению, сенат согласился на просьбу о триумфе. И boni промолчали, не возражая. Однако это непонятное явление подробно растолковал Помпей в своем письме. Для «хороших людей» нет причины отказывать Цезарю в том, что, с их помощью, окажется катастрофой. Его войска должны были прибыть на Марсово поле к июньским идам, и именно на этот день Целер назначил его триумф.
Если бы Цезарю разрешили зарегистрировать свою кандидатуру на должность консула in absentia и триумф состоялся бы, это было бы печальное зрелище: уставшие солдаты, нет времени для приготовления красочных представлений на платформах, трофеи в беспорядке навалены на повозки. Совершенно не тот триумф, к которому стремился Цезарь. Однако сначала надо прибыть в Рим до июньских нон.
