Ах да, он же и еще зубную пасту рекламирует.
А пока я подбираю слова, чтобы поприветствовать мега-звезду, ради которой, собственно, и позволила Джоан затащить меня на сегодняшние гонки, туалетный маньяк наклоняется ближе, так что я улавливаю аромат жевательной резинки, которую он небрежно гоняет во рту.
— К сведению, та девушка кончила дважды, так что твои крикливые советы были совсем не актуальны, — Склонив голову набок, нарочито медленно оглядывает меня, задерживаясь на надписи на моей груди. — Котенок.
И дернул же меня черт надеть футболку Hello Kitty.
— Но вообще я люблю громких девушек, секс с ними интереснее. — как ни в чем не бывало продолжает мужчина, недвусмысленно изучая меня глазами. — И что очень кстати, ты мне нравишься. Гонка стартует через полчаса, но, думаю, мы успеем управиться. — подмигнув, протягивает руку и заправляет безвольно повисшую прядь мне за ухо. — Что скажешь, Котенок? Туалет все еще свободен. Могу назвать тебя сладкой киской, раз уж тебе так нравится.
От такой наглости я моментально выхожу из ступора. Вот урод. Даром что красавчик. Всерьез полагает, что стоит ему поманить пальцем, любая женская особь будет счастлива раздвинуть перед ним ноги. Голливудская внешность, слава Шумахера и чудовищное самомнение.
— Ты не в моем вкусе, Бычок. — натягивая на лицо диабетическую улыбку, как бы ненароком касаюсь пальцем нашивки его гоночного комбинезона. (Red Bull — перев. Красный Бык, распространенная эмблема на раллийных униформах.
Здесь, я конечно, покривила душой, — стонала рыжая по-оперному, но надо же как-то сбить спесь с этого звездного олуха. Вот у него уже и челюсть слегка вниз отвалилась. Неплохо, Аврора.
В зеленых глазах покорителя трассы начинают пузыриться гнев и изумление.
Кадык на его шее дергается, после чего удивленное негодование гаснет, возвращая очаровательного плейбоя, обожаемого публикой и мировыми СМИ.
— Уверен, ты бы стонала подо мной убедительнее, Котенок. — говорит почти ласково. — Но уговаривать я тебя не стану.