Эту девчонку ему хотелось замучить до изнеможения, до воплей, до экстаза, проливающегося слезами и воплями, дрожью и спазмами.
Беспомощно расставив перед ним ноги, девушка заходилась в стонах, пока он жадно вылизывал ее чувствительное тело. Под его ладонями тонко дрожали ее раскрытые перед ним напряженные бедра, Уна вся сжималась, стараясь перетерпеть острое удовольствие, когда его язык настойчиво теребил ее ставший таким чувствительным клитор, а пальцы поглаживали мокрую горячую дырочку, сжимающуюся от каждого его прикосновения.
— Если Флетчер, — выдохнул Аргент ревниво, поглаживая раскрытое перед ним лоно и нарочно грубо вводя в него пальцы — так, что Уна заворчала, дрожа, чувствуя, как Аргент грубо двигает рукой, жестко и сильно толкаясь в ее тело, лаская ее изнутри и с удовольствием слушая ее низкий, хриплый вой, — хоть пальцем к тебе прикоснется, я откручу головы вам обоим, ясно? А если ты посмеешь с ним заигрывать у меня на глазах, чтоб меня позлить — я убью тебя.
Уна не ответила.
Чуть приподнявшись на локтях, жалобно постанывая, она пыталась заглянуть себе между ног, чтобы увидеть, что там вытворяют пальцы мужчины, но он не позволяет ей сделать этого. Уна чувствует, как сердце ее выбивает бешенный ритм, когда жадные руки Аргента терзают и ласкают ее тело, то заставляя выгибаться дугой и кричать «еще, еще, пожалуйста, еще!», то принуждая мирно улечься в истерзанные простыни, жалобно поскуливая, ощущая нежные, почти невесомые прикосновения его губ у нее между ног.
От его жадных хищных ласк Уне кажется, что все тело ее пылает, наслаждением полна каждая клеточка, и малейшее прикосновение доводит ее до исступления, до дрожи, до крика, до бессовестных движений бедер, когда она, прижав его руку к своему лону, сжав ее коленями, бессовестно насаживается на его пальцы сама, исходясь стонами, мечась по постели словно в беспамятстве и не понимая уже, существует ли жизнь без этого острого наслаждения, заставляющего ее лоно пульсировать сладкими спазмами.
Когда Аргент, освободившись от одежды, лег рядом с ней, покрывая ее лицо легкими нежными поцелуями, она могла только жалобно и беспомощно постанывать, вздрагивая от медленно проходящего удовольствия."
"— Ты похожа на испуганного олененка, — шепнул Аргент, склоняясь над ее грудью и осторожно целуя ее розовые соски.