Когда мы уходили – они стояли там уже полупрозрачными бледными тенями. Возможно, они и вовсе не закрывали портал, он сам схлопнулся в момент, когда Хранители перестали существовать.
— Почему ты думаешь, что перестали существовать? — поинтересовался Элестайл. — Просто духи взяли и временно развеялись.
— Они не духи, — возразил Лонгаронель, помотав головой. — Духами их называют орки. В реальности же они очень даже материальны. Хотя материя, безусловно, неживая. Тень знает, чем на самом деле являются Хранители.
— Поподробней можно – что ещё за встреча?
— Конечно, можно, — загадочно улыбнулся Лонгаронель. — Только не сейчас и не здесь – очень домой хочется. После того как наконец приму горячую ванну и отосплюсь, я изложу тебе всё в мельчайших деталях.
— Да, как-то я не подумал, что вы устали с дороги, — согласился Элестайл.
— Не то чтобы с дороги – она была очень короткой. Зато перед отъездом суматохи хватило.
— Летим домой.
Остальные вампиры, стоя поодаль, только и ждали этих слов своего короля. Охота и спешные сборы измотали всех. Элестайл подошёл поприветствовать их, прежде чем выдвинуться в путь.
А Лонгаронель направился за Эльджетой, общавшейся с отцом.
— Здравствуй, Логвэй, — сказал он, приблизившись.
— Здравствуй, Лонгаронель, — эльф протянул ему руку. — Я рад, что ты вернулся.
Восходные земли
Ульцан возвращался с охоты. Не сказать чтобы сегодня ему сопутствовала удача. Но пара заячьих тушек всё же были приторочены к седлу. По крайней мере, на ужин у них будет зайчатина.
Однако чтобы Ки́ва, жена брата, успела приготовить блюдо, ему следует поторопиться.
«Как там сейчас Элвит?» — задумался Ульцан, подогнав коня. Друга он даже в мыслях всегда называл только этим именем.
К сожалению, эльфы были категорически против поездки Лорго на Восходные земли. Не поддержал этой затеи и таинственный покровитель экс-короля Кордака. Поэтому домой Ульцан отправился один. Конечно, оставлять друга ему не хотелось. Но в Лорвейне тот под надёжной охраной, да и не в одиночестве. С ним его любимый младший брат, а ещё герцог Легилайр. Ульцан же вовсе не повидаться с семьёй и заставить их волноваться о его судьбе просто не мог.