Понтию Пилату пришлось уступить. Сначала Христа привязали к позорному столбу, бичевали под радостные крики толпы. Потом на него одели терновый венец с колючками, которые впивались в кожу до крови, причиняя человеку боль. Так же, осужденный должен был сам занести крест, на котором его должны были распять, на Голгофу, это такая гора около Иерусалима. Смерть на кресте очень мучительная. Христос очень страдал. А чтобы никто не смог снять осужденных раньше времени с креста, их сторожили римские легионеры. Среди них был Лонгин.
Все трое смотрели на этот наконечник.
— А это точно тот самый наконечник, которым убили Христа? — Спросил Евсей.
— А иначе зачем тевтонам прятать его? — Положила наконечник назад в ларец, закрыла его. — Так, всё. Заканчиваем.
— Ты не хочешь посмотреть, что во втором ларце и в этом сундуке? — Спросил дядька.
— Нет. Только не сейчас. Я и так уже боюсь, дядюшка. Надо собираться, как можно быстрее. Светает уже. Нам бы успеть всё уложить и уйти. Я просто чувствую, что у нас мало времени. А что там ещё, мы посмотрим после, когда домой вернёмся.
— Согласен с тобой, дочка. Давайте собираться. Я уже отдал распоряжение о том, чтобы готовили повозки. Сейчас расцветёт, будем снимать с башен пушки.
— Пушки, сначала, нужно снять с лафетов.
Оба ларца засунула в сундуки. Сундуки закрыла на замки. Все ключи были у меня. После этого, все четверо двинулись во двор.
Выйдя во двор, увидела Богдана. Позвала его.
— Богдан, где алхимик?
— Вон, возле стены сидит с другим полоном.
Возле стены и правда, сидело чуть больше двух десятков мужчин. Одни были в доспехе, другие без них. У кого-то лицо было в крови.