Александра (СИ)

И добавите им по одному шрапнельному снаряду."

"Князь Воротынский дал сигнал латной коннице, которую успели вывести из окружения начать атаку на отряд наёмников, зашедших нам в тыл и теперь откатывающихся от наших редутов. Я улыбалась. Молодец князь. Скопировал тактику французов в битве при Кастийон-ла-Батай, о которой я ему рассказала и даже набросала схему битвы. Началось избиение тех, кто нам зашёл в тыл. Настоящая бойня. Организовать нормальное сопротивление они уже не могли. Были дезорганизованы. Их командир убит.

Те же кто наступал нам в лоб ещё шевелились. Бои шли возле каждого редута первой линии. И до сих пор существовала угроза прорыва ко второй линии. Между редутами первой линии было навалено множество трупов. В основном фрагментарных, разорванных в клочья тел.

Когда день стал клонится к вечеру, Воротынский нанёс удар по основным силам имперцев. С двух сторон. С левого фланга ударила латная конница. С правого легкая кавалерия и пешие мечники. А центр мы продолжали перемалывать пушками. Ландскнехты побежали.

— Князь, — обратилась я к Воротынскому. — Повели, чтобы нашли фон Фрундсберга. Он мне нужен живым.

Разгром был полным. К тому времени, как опустилась ночь, с войском капитана Георга фон Фрундсберга было покончено. Вся артиллерия с пороховым запасом и железными ядрами досталась нам. Кроме того, была захвачена войсковая казна с 10 тысячами серебряных немецких талеров. Я уже молчу про доспехи и о оружие, коих стало скапливаться целые груды, куда трофейные команды стаскивали всё новые и новые трофеи.

И ко мне принесли самого капитана. Он был тяжело ранен. Левая рука размочалена картечью по локоть в труху. Перебита картечиной кость лодыжки левой ноги. Он потерял много крови и был без сознания.

— Нет, засранец, ты у меня так просто не сбежишь. Я тебе не дам! — Проговорила, глядя в его бледное лицо. — Кладите на операционный стол. Посмотрела на Дарёнку. В поход она пошла сама. Напросилась. Хотя у неё стоял уже на ноге аппарат Илизарова. Но она ловко передвигалась и говорила, что не чувствует боли и дискомфорта.

Георга раздели донага. На лицо положили тряпку с эфиром. Это чтобы он не пришёл в себя во время операции. Руку я ему ампутировала по локоть. С ногой пришлось повозится, но справилась. Вычистив осколки кости из раны и наложив шину, жёстко зафиксировав кости и саму ногу. Конечно, к моменту оперирования капитана наёмников, я уже во всю оказывала медицинскую помощь нашим раненым. На немцев и ливонцев мне было глубоко наплевать. Свои дороже.