Иногда пью в кафе капучино, иногда в учительской растворимый… А чтобы прямо разбираться в нем, отличать оттенки, как некоторые… Такого нет.
А вот Иван, похоже, как раз из экспертов.
— Наливаю тогда, — решает он за меня, аккуратно разливает кофе в большие кружки. А я удивленно наблюдаю, как ладно и красиво даже у него это все получается: ни капли мимо ковша, хотя эта посудина капризная, и совсем не предназначена для таких вещей. Кашу сварить в нем или яйца, это да. А вот кофе…
Сам ковш в огромной лапе Ивана смотрится игрушечным, а смуглые крупные пальцы, со сбитыми костяшками, на блестящей ручке — чужеродно.
Я замечаю, что на одном из пальцев какой-то синий рисунок, татуировка.
— Что это? — указываю на тату. Иван ничего не отвечает, разливает до конца кофе, убирает ковшик на плиту.
— Я не знаю, как ты пьешь кофе… Говорят, его надо маленькими чашками, но мне такое на один глоток. Не люблю, короче говоря. Попробуй, я туда добавил кардамона. Чуть пряно должно получиться…
Он говорит спокойно, рассудительно и дружелюбно.
Я послушно отпиваю, и с удивлением понимаю, что вкус очень даже интересный. И его хочется смаковать, раскладывая на составляющие.
Увлекаюсь, забыв уже о том, что спрашивала, и о том, что Иван на мой вопрос так и не ответил.
— Нравится? — Иван с видимым удовольствием отпивает свой кофе, наблюдает за мной.
— Да… Необычно… Где ты такому научился?
— Когда живешь один, много чему можно научиться…
Я хочу поймать момент и спросить о его жизни немного, даже кружку ставлю на стол, но Иван опережает:
— Как Новый Год праздновать хочешь?
Этот вопрос сбивает настрой на допрос, и я только глупо хлопаю ресницами, теряясь.
— Никак… А как тут праздновать? Хотела Севе салатик сделать крабовый… Он его любит. И все, пожалуй.
— Салатик — это хорошо, — кивает Иван, — можно еще запечь курицу или утку. И картошку. Если хочешь, я сам займусь.
— О-о-о… Хорошо…
Чуть было не спрашиваю, не ждут ли его где-нибудь на праздник, но вовремя замолкаю.
Ну… Ладно…
— Тебе надо что-то в магазине? — спрашивает Иван, убирая чашку в мойку, — я собираюсь.
— Эм-м-м… Я все купила, вроде… Вот только утки у меня нет, чтоб запекать. И курицы…
— Я куплю, — говорит он, моет чашку под моим удивленным взглядом, ставит ее в сушку.