Скорее всего именно поэтому нам повезло, одно из подземных хранилищ топлива на территории разрушенной автобазы оказалось нетронутым. Тонн тридцать солярки в зарытой на глубину нескольких метров бочки, причём солярки нормальной, не обремененной евро нормами. Если по простому, с целью уменьшения выбросов в данном топливе уменьшают содержание серы, и оно становится лакомой пищей для различных микроорганизмов. Бактерии, микробы всякие, заставляют дизельное топливо портиться, и заражаясь этой гадостью оно распадается на составляющие.
За раз грузили по восемь бочек, и сделав уже шесть рейсов, перетащили оттуда почти десять тонн. Соляра нам была необходима. Не считая легковушек с дизелями; трактора, камазы, вся тяжелая техника, включая трофейный мт-лб, работала на дизтопливе, поэтому даже с наступлением зимы полёты не прекращали. Арифметика простая, тратим триста литров бензина, получаем полторы тонны солярки.
Пытались проехать на машинах, но напрямую — никак; леса, горы, куча речек и ручьёв, если бы летом, то ещё какие-то варианты, а осенью уже всё, только на тракторе. Самолёт в который раз выручал, что сейчас, что тогда — в ту июльскую ночь, вообще неизвестно чем бы всё закончилось. Итак потери огромные; только убитыми мы потеряли почти сто человек, плюс куча раненых — причем многие тяжело, некоторые на всю жизнь инвалидами остались. Страшно представить что было бы не заглуши мы им связь, и не отработай минометами.
Бандиты потом ещё долго вокруг кружились, третья группа, — та которую мы искали за речкой, ушла почти в полном составе, и естественно находились желающие попробовать «новеньких» на зуб, да ещё и шанс заполучить в качестве трофея самолёт как магнитом притягивал охотников за головами. Поэтому приходилось действовать кардинально, благо оружия и боеприпасов у нас теперь было в достатке.
— Ну и ладно... — опрокинув остатки чая, дядя Саша натянул шапку, и поднялся на ноги, — пойду машину проверю....