— Вы знаете, что такое амитал-натрий?
Я заторможенно мотнула головой, но что-то подсказывало, что ничего хорошего.
— Так называемая «сыворотка правды». Препарат, которым развязывают язык киношным шпионам. И не только киношным.
Я кивнула, хотя всё равно ничего не поняла.
— Игнат периодически тестируется на устойчивость к подобного рода веществам. Для этого есть контрольный список вопросов, которые просто нужно задать и зафиксировать его ответы и реакции. Процедура недолгая, но крайне важная, а я, как назло, разбил единственную ампулу антидота.
— Ну… Если вы считаете, что я смогу, то да, конечно.
— Уверен, что сможете. Пойдёмте со мной.
Игнат лежал на кровати, закинув руки за голову и, кажется, дремал, но увидев нас оживился:
— О-о-о, какие люди! Добрый доктор Айболит и девочка-припевочка!
Я замерла на пороге.
— Не бойтесь, он не впервые проходит эту процедуру. К тому же, приняты меры безопасности.
И только сейчас я заметила, что одна рука Гордеева пристёгнута к спинке кровати наручниками. Но это не только не прибавило мне оптимизма, но даже наоборот — окончательно повергло в шок.
— Вы сядете вот здесь, — указал Айболит на стул у кровати, — и не спеша, последовательно зададите ему эти вопросы.
Пока он говорил, Игнат наблюдал за мной. И, несмотря на видимую расслабленность, в его взгляде словно проскальзывало что-то хищное.
— Отлично, приступайте, — удовлетворённо развёл руками Айболит. — Я вернусь быстро, максимум через полчаса. Ах вот ещё что! Ничему не удивляйтесь. Игнат себя не контролирует, а когда всё закончится — даже не вспомнит что здесь было. Поэтому и вы постарайтесь отнестись к его поведению с пониманием. Даже если оно вас сильно удивит.