Волшебница рухнула на тело принесенного в жертву человека, почти потеряв сознание от истощения.
Шкатулка наконец перестала подпрыгивать и пытаться сбросить хрупкие оковы ожерелья. Бельфлер вложил все еще горячий ящичек в руки магички и почти вынес утомленную женщину на палубу.
«Хапуга», несмотря на свои великолепные скоростные качества, проигрывал гонку. И проигрывал пушечную дуэль. Паруса были уже порядком повреждены.
Льнани что есть сил вцепилась в руку фруана, выпрямилась, пытаясь устоять на ногах. Ее мутило.
И, сломав печать, открыла шкатулку.
Капитан, боцман и рулевой отшатнулись. Кто-то из пиратов неожиданно громко стал молиться духам моря. Рядом с распахнутым ящичком остались стоять лишь шатающаяся от усталости Льнани да невозмутимый и несколько цинично улыбающийся Бельфлер. Фруана не мог смутить даже дождевой демон.
Не было ни громов, ни молний. Не было ничего, кроме ужасающе резкого, бьющего в ноздри запаха гнили тропического дождя.
Льнани видела то, чего не могли увидеть обычные люди. Из шкатулки лениво и небрежно выползал дождевой демон — жгуты фиолетовых дождевых вихрей, сплетенные в причудливую безголовую фигуру, чьи очертания постоянно дрожали и расплывались.
Шедший первым и самозабвенно паливший из носовых пушек фрегат утугцев неожиданно накренился и рухнул в воду левым бортом. Кто-то из наемников изумленно ахнул.
— Рано ахаете. — Льнани оскалила зубы в зловещей улыбке. — Все только начинается.
Дальнейшее навсегда осталось в памяти ван Шайрха.
Чья-то невидимая сильная рука, словно пушинку, подбросила тридцатипушечный фрегат высоко в воздух. В наивысшей точке полета пузатый корабельный корпус внезапно лопнул, и в море стали падать обломки. Только обломки. Ни один из вопящих и летящих вниз людей из команды фрегата до воды не долетел. Казалось, что кто-то попросту открыл пасть и проглотил несчастных. Впрочем, так оно и было. Дождевой демон оказался зверски голодным.