— Что ж, господа, — улыбнувшись, начал я, — у каждого из нас троих есть свой интерес. Мой состоит в следующем. У меня внезапно образовались обширные земельные угодья в Центральной России и частично в некоторых других регионах, и мне хотелось бы использовать их с максимальной эффективностью. Ваш, Иван Николаевич, интерес состоит в том, чтобы попытаться сохранить крестьянскую общину, которую вы считаете едва ли не панацеей от всех крестьянских бед. Вы, Иван Евгеньевич, изобрели «новую систему земледелия», которая, как я понял, наиболее эффективна как раз в зоне рискованного земледелия.
Проводив гостей, я долго сидел и смотрел на огонь в камине. За окном было темно. Ну да в конце ноября темнеет рано. Скоро Новый год. В такое время как-то даже тянет подвести некоторые итоги…
Прошло уже двадцать три с половиной года, как я появился в этом мире. И теперь я могу точно сказать, что многое изменилось. Россия сейчас гораздо сильнее, чем прежде.
Что ж, я еще жив, и время еще есть, а значит, и шансы всё изменить — тоже.
Эпилог
Сэр Эфраим Эверсон сидел в углу приемной премьер-министра Великобритании на жестком кожаном диванчике с высокой спинкой и ждал. Из России он выбрался на шхуне финских контрабандистов, за немалые деньги доставивших его до Мариехамна.
От дальней стены послышался шелест открывающейся двери. Сэр Эверсон повернул голову и бросил взгляд на человека, выходящего из кабинета, после чего его губы сами собой сложились в жесткую складку."
"…Добравшись до Лондона и немного придя в себя, он записался на прием к лорду Бальфуру, племяннику ныне покойного лорда Солсбери и преемнику его как на посту лидера консерваторов, так и в должности премьер-министра.