Я села у самой двери нашего дома и принялась разглядывать уходящих в поход мужчин. Ничего особенного ни про кого сказать не могу — первобытные оборванцы-бандиты, лишь некоторые из которых носили что-то вроде грубых кожаных доспехов, если так можно было назвать нагрудники, надеваемые поверх шубы. Оружие у всех тоже было довольно примитивным — все те же каменные топоры, разве что отличалась технология изготовления. У кого-то они, как у папы, были сделаны из полированного камня, а у кто-то вытесал топор из темного кремня.
Некоторые из уходящих к берегу моря мужчин несли в левой руке большие круглые щиты, вырезанные, казалось, из цельного куска дерева. Приглядевшись, я поняла, что мне это не показалось — то были не скрепленные между собой доски, а полноценные тонкие круги, отпиленные от бревен гигантских хвойных деревьев. При этом работа выглядела довольно-таки качественной — щиты, во всяком случае, были ровными, не искривлялись и не бугрились.
За некоторыми воинами еще какое-то время плелись рыдающие женщины и дети, но мужья и отцы быстро осаждали их за то, что те пошли за ними, и тогда провожающие быстро убегали обратно в дом, словно ошпаренные. Вскоре мама вышла из дома вслед за мной, и мы вместе стали смотреть на уходящих к берегу воинов, не говоря ни слова.
Я насчитала тридцать шесть человек.
— О чем задумалась, вороненок? — ласково спросила мама.
— Считаю воинов.
— Считаешь? — удивленно переспросила мама.
Черт. Я забыла, что мать не в курсе моих знаний.
— А меня дядя Хьялдур учит, — гордо ответила я и улыбнулась. — Я умею уже до ста считать!
В целом я даже почти не соврала, названия чисел мне объяснил друид. Вот только считать он меня не учил."
"— Боги, вороненок, — мама тихонечко засмеялась. — Я даже слова такого не знаю! Неужели ты уже стала умнее мамы?
— Ты не умеешь считать? — я взглянула на нее снизу вверх.