Глава 4
Экзамен в МГУ и в парикмахерской
Поскольку мы с Колей оба поступали на один факультет — мехмат, то нам с ним удалось сесть за один стол. Наших соседей-химиков направили в другую аудиторию. Тут я сообразил, что при таком раскладе, мы с ним будем писать разные варианты. За следующим позади нас столом, прямо за моей спиной, место пока пустовало, и я предложил Коле пересесть туда, объяснив ему, что тогда у нас будет одинаковый вариант задания. Но, Коля отчего-то заупрямился и вскоре на это место села девушка. Она в отличие от Коли сообразила, что она будет писать такой же вариант, что и я и потому сразу, без стеснения протянула мне руку и сказала:
— Шура.
Я пожал ей руку и ответил:
— Василий.
Наш с Колей стол и следующий за нами были последними перед широким проходом, отделяющим нас от следующего за нами ряда, так что я у Шуры был единственным доступным для неё соседом с её варианта.
— Давай распределим задачи, — предложила Шура. — Ты решаешь с конца, я — с начала. Я узнавала, в прошлом году было пять задач, и пятая была самой трудной.
— Годится, — ответил я.
До начала экзамена мы немного успели поболтать и договорились после его окончания встретиться сразу за дверями аудитории и обсудить наш вариант.
Вскоре в аудитории появились преподаватели, и стали раздавать нам проштампованные серые листы бумаги. Один из них громким голосом, чтобы всем в этой большущей аудитории было слышно, стал объяснять нам правила оформления работы.
Когда, все объяснения были даны, и мы заполнили титульный лист, нам были предъявлены задачи, два варианта, каждый из которых был прочитан вслух, под запись. В первом ряду, прямо перед досками, на которых и были записаны условия задач, несколько столов были освобождены для того, чтобы абитуриентв с плохим зрением могли сесть за них и списать тексты.
Наконец, все утихомирились, и в аудитории установилась тишина, прерываемая лишь шелестом переворачиваемых листов и скрипом перьев. У меня была авторучка марки “Паркер”, которую я с вечера заправил чернилами. Вдруг меня сзади постучали по спине. Оборачиваюсь и вижу напряжённое лицо Шуры, готовое вот-вот разразиться слезами:
— У меня перо сломалось, а запасного нет.