Я, скорее всего, для вас буду скучным собеседником, но буду рада составить вам компанию.
Метрдотель, удовлетворённо кивнул и удалился, а я занял свободное место напротив дамы.
— Василий, — представился я.
— Маргарита Леопольдовна, — ответила она.
Она была красива той зрелой красотой, которая сводит с ума мужчин в возрасте и оставляют равнодушными юнцов, навроде меня."
"Подошла официантка и приняла у меня заказ. В ожидании ужина, я от нечего делать занялся любимым за последнее время занятием, изучением лица собеседницы и поиска МИМЭ.
— Вы ведёте себя невежливо по отношению ко мне, молодой человек. Нельзя так пристально смотреть даме в лицо.
— О, прошу прощения, — очнулся я, — увлёкся.
— Не секрет, чем именно вы увлеклись?
— Я представлял в своём воображении немножко другую причёску, нежели ваша, — сказал я.
— Какая же, — с пробудившимся интересом спросила Маргарита Леопольдовна.
— Мне легче нарисовать, чем рассказать, — ответил я, — но для этого нужен лист бумаги. Авторучка у меня есть.
— Это не беда, — сказала моя собеседница, — сейчас будет вам бумага.
Она встала и куда-то ушла. Пока она ходила, принесли мой заказ.
— Из тех, что есть и необязательно старое, трёх-пяти летней выдержки вполне достаточно, — попросил я.
— Есть трёхлетнее красное сухое, бордо, — сказала официантка.
— Вот и хорошо, это то, что мне нравится, — согласился я с предложением.
Официантка ушла, а за ней сразу пришла Маргарита Леопольдовна с большим альбомом с чистыми перекидными листами из толстой чуток рыхловатой белой бумаги.
— О, это то, что нужно, — осмотрев альбом, сказал я. — Прекрасная бумага для эскизов карандашом.
— Карандаши я тоже вам принесла, — сказала Маргарита Леопольдовна, выкладывая на стол небольшую коробку.
Я выбрал карандаш с мягким грифелем, и, вытащив нож с выкидным лезвием, с которым практически не расставался, подточил его. Затем быстро, минут за 10 сделал три эскиза, анфас, профиль и вид сзади.