Мы не летели, мы крались, именно так можно было сказать, глядя как низко прижимаются хищные силуэты «Таиров» и «лавочкиных» к заснеженной земле.
«Только бы успеть. Только бы успеть!» – шептал каждый из летчиков управляя своей боевой машиной. Шептал их и я. Только что мы перелетели линию фронта, и в данный момент в эфир должны нестись предупреждающие крики немецких радистов на передовой. Наподобие наших пунктов ВНОС.
Сейчас главное для нас успеть долететь до аэродрома перед тем как там поднимут тревогу.
Успеть, сейчас для нас главное успеть.
И мы сделали это. Сделали!
Первыми шли три звена под моим командованием, то есть двенадцать истребителей-штурмовиков ударной группы. Наша задача тривиальна. Зенитки. Мы должны уничтожить зенитные средства этого аэродрома. Именно этим они и занялись. Сделав полубочку, поднявшись над аэродромом на сто метров, «Таиры» сходу атаковали зенитки. Где стоит каждая мы знали до метра. Пленные немецкие летчики описали это подробно.
Упакован аэродром, вмещавший в себя три полка по нашей терминологии – это где-то около сотни машин – три батареи.
– Проверка! – заорал я. Теперь можно не соблюдать радиомолчание. Сам я не атаковал, прикрывал со Степкой сверху, внимательно наблюдая за землей.
После атак, «Таиры» не поднимаясь отошли от аэродрома, и повернули назад. Сейчас жилые постройки в огне. Их штурмуют эрэсами «ишачки» соседнего полка, за ними второй волной шли две эскадрильи СБ. Одиннадцать машин. Поэтому сделав плавный полукруг я присоединился к звену Тапирова и мы стали набирать высоту. То же делали другие пары вдали. В том, что мы подавили не все зенитки я был уверен, хотя дежурные расчеты уничтожены, мне уже сообщили об этом, так что поднявшись над аэродромом где в дыму мелькали силуэты «ишачков» и «Таиров», я стал осматривать аэродром.
Уничтожать стоянки будет третья волна состоящая из Ар-2 подполковника Шмидта и одной эскадрильи СБ второго полка бомбардировщиков майора Кириленко. Шесть машин.