Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

В Древнем Китае женщине не полагалось обнажать ноги перед мужчиной, пусть это и не считалось столь же неприличным, как раздеться догола.

[5] Нюй юань чань 女怨纏 (nü yuàn chán) — в пер. с кит. «обволакивающая женская жалоба» или «опутывающая женская ненависть».

Глава 24. Вот так сюрприз! Часть 2

Способный передвигаться и по воде, и по суше, монстр нюй юань чань явно собирался продолжить застолье, выбравшись на берег. К своему несчастью, он наткнулся прямиком на возвышающегося над ним Ло Бинхэ, на лице которого не осталось ни следа былого добродушия.

С щелчком пальцев руку юноши объяло пламя, подпитываемое его духовной энергией; сбросив сгусток огня на монстра, он вызвал вспышку, охватившую чёрные волосы огненным ореолом. Чудовище тотчас шмыгнуло в воду, больше не отваживаясь высунуться.

Всё это Ло Бинхэ выполнил столь безупречно, словно годами оттачивал этот приём.

Возликовав, Шэнь Цинцю мысленно вскинул в воздух табличку: «10 очков Ло Бинхэ!»

Подобрав оброненную Цинь Ваньюэ ночную жемчужину, юноша воздел её над головой, словно маяк — свет помог оцепеневшим адептам наконец прийти в чувство.

— Братья и сёстры! — выкрикнул Ло Бинхэ. — Не расходитесь! Соберитесь в одном месте и держитесь друг друга! — с этими словами он вытащил сигнальный огонь, которыми снабдили всех участников состязаний, и запустил в небо.

Участники состязаний снабжались сигнальными огнями на случай, если повстречают монстров, которым не в силах противостоять — впрочем, обычно таких не попадалось.

Использовавший сигнальные огни трижды автоматически выбывал из соревнования, и потому к ним прибегали лишь как к последнему средству. Однако в этот самый момент множество сигнальных огней раскрасило небо над ущельем Цзюэди. В оригинальном романе это была поистине прекрасная сцена, но сейчас у созерцающих её было такое чувство, словно их внутренности разрываются от ужаса и горя.

Потому что каждый из этих огней означал, что жизнь юного адепта в смертельной опасности!

— Скорее поглядите, что на хрустальных экранах!

Оттуда раздавались истошные крики.

На нескольких экранах показывались уже мёртвых адепты, на других окровавленные юноши и девушки бились из последних сил, восклицая:

— Почему? Почему здесь оказались… откуда они взялись?

— Люди, на помощь! Здесь дулун ман [1]! Учитель, спаси меня! Шисюн, спаси…

Внезапно с экрана раздался хриплый вопль, духовные орлы разразились тоскливым клёкотом, и поверхность экранов потемнела.