- И что, Вера? - встаю с кровати и начинаю нарезать круги по нашей маленькой комнате. – Я тебе уже раз сто говорил, что мне не нужны дети, мне хватит одной тебя, разве это сложно понять?
- Ты так говоришь, потому что тебе всего двадцать шесть. Рано или поздно ты все равно захочешь ребенка. Пожалуйста, не отказывай мне. Его зовут Марк, ему семь лет. Он очень хороший мальчик и глаза как у тебя, такие же красивые. И в целом похож на тебя, такой же красавчик брюнет, никто даже не подумает, что он не твой. Пожалуйста, давай его усыновим.
- Вера... Я не хочу чужих детей.
- Он не будет чужим, вот увидишь. Я уже все собрала, да Господи, я даже документы подделаю, что здорова, понимаешь?! Это важно для меня!
- Все, успокойся. Не нервничай, пожалуйста.
- Если я буду знать, что он будет жить с нами, мне лучше станет, понимаешь?
- Понимаю. Только и ты пойми, что мне некогда этим сейчас заниматься. Сегодня мой единственный выходной, я хочу провести его с тобой.
- А давай сегодня вместе его навестим, ты познакомишься, а потом я только твоя.
- Хорошо.
- Озеров, ты знаешь, как я тебя люблю?
- Не знаю, расскажи.
- Ты, как пришел в шестой класс, так и влюбилась. Ходил такой зазнайка, а мне все равно нравился, твои глаза кого хочешь с ума сведут.
- Свели значит?
- Свели.
- И поэтому сразу после школы ты выскочила замуж за Витьку, класс, ничего не скажешь.
- Ты на меня внимания не обращал, что я еще могла сделать?
- Действительно ничего не могла сделать. Выйти замуж за одноклассника самое то.
- Все, Миш, давай не будем об этом, ты только злишься.
- Не будем. Давай одевайся и потеплее, - Верка тут же соскакивает с кровати, подходит к шкафу и достает оттуда свитер.
Три года уже вместе, два из которых женаты, а все никак не могу спокойно относиться к тому, что Вера побывала замужем до меня. Да, я из тех кретинов-собственников, для которых напоминание о бывших- как ножом по сердцу. И неважно, что Витьку она не любила, все равно три года прожила с ним под одной крышей. Как представлю, так выть охота.
Переодеваюсь сам и накидываю на Веру шарф. И в двадцать шесть ума Бог ей немного дал, все равно ходит с голой шеей и непокрытой головой.
-Ну, Миш, зачем так сильно затягиваешь? И шапка эта дурацкая.
-Вер, не начинай."
"- Дурачок, зачем ты на меня это надел, если мы еще не завтракали.
- Зачем? Потому что тупанул, Вера, и со мной такое бывает, - снимаю с нее обратно теплые вещи.