А унижал он её, чтобы не думала о себе много и слушалась отца. Можно сказать, из лучших отеческих побуждений.
Но девочка-подросток такой «любви» не поймёт. Мало того — эта «любовь» её покалечит.
— Враньё! — твёрдо сказал я. — Шасти, ты мне сама говорила, что отец всегда врёт! Не верь ему!
Девушка вздохнула со всхлипом — наверное, опять плакала. Я не мог обернуться — призрачные воины становились всё более реальными и напасть могли в любую секунду.
— Кидай мне его! — закричала Шасти. — Иначе он убьёт тебя! Ну, скорей же!
Я наконец понял, что именно она просит.
— Не-ет! — заорал колдун, и демоны бросились на меня.
И тут же раздался залихватский свист Темира, а волчьи всадники посыпались с неба.
Они спрыгивали на лету, сжимая в руках мечи. Крылатые волки взмывали вверх, а их хозяева перекатывались и бросались в бой.
Братья-барсы могли только отвлекать демонов, не давая им навалиться на меня всем скопом.
Я крутился как бешеный, парируя удары и нанося их по чёрным телам, отвечающим холодом и огненными вспышками.
Клинок стонал от нагрузки, но не ломался, а сталь его разгоралась всё ярче, словно бы поглощая энергию напавших на меня тварей.
И вдруг призрачные воины остановились. Начали мутнеть.
Только тогда я сумел оглянуться. Шасти, моя нечаянная жена, держала в ладонях этот проклятый чёрный камень и что-то шептала над ним.
Я догадался, что демоны подчиняются чёрному камню.
Призраки, так и не набравшие полную силу, таяли. Но и камень в руках Шасти становился всё меньше.
Я видел, как дрожат от магического усилия её худенькие плечи, и жирные черные капли текут по запястьям.
Хлоп, хлоп, хлоп… Призраки исчезали, как мыльные пузыри.
Когда исчез последний, я бросился к девушке, вытащил из лежащей на траве сумки кусок кожи и набросил на жирную тварь, отсекая её от реального мира.
— Туда! — крикнул Истэчи, указывая мечом. — Колдун побежал туда! Надо его поймать!
— Стойте! — пискнула Шасти. — Остановитесь! Пожалуйста!
Наверное, ей всё-таки стало жалко отца.
Но остановиться я не мог. Ноги сами понесли меня туда, куда указал мой приятель, а передо мной уже неслись крылатые волки и бежали воины моего рода.
Колдун не успел уйти далеко. Он едва тащился, из-за повреждённой ноги.
Волки догнали его первыми.