Замерла, не дыша, лелея надежду подслушать хотя бы обрывки слов: Лукаш предпочитал доносить своё мнение истошным криком, а значит, что-то я могу услышать.
Тишина. Лишь птички поют, да ветер шумит в густых зелёных кронах.
В голову пришла сумасбродная идея: побуду паинькой и перестану подпрыгивать как на иголках, а когда Дэйгон позволит вернуться в особняк, попробую расспросить Клаудию. Она точно должна быть в курсе!"
"Следующие минуты тянулись, как смола под летним зноем. Дракон не возвращался, а я не могла сосредоточиться ни на чём другом: мысли метались как мошки, рождая всё новые и новые страхи.
— Смотрю, ты извелась вся.
Насмешливый голос господина Россэра заставил меня подпрыгнуть на месте, и я едва сдержалась, чтобы не ринуться ему навстречу. Дэйгон шёл неспеша, сунув руки в карманы штанов, плотно обтягивающих мощные ноги. Вид имел довольный, а губы сложил трубочкой, насвистывая какую-то весёлую песню.
Издевается?
Я, вообще-то, здесь места себе не нахожу!
— Ушёл? Всё в порядке? Зачем приходил? Больше не придёт? Точно? — набрав в грудь воздуха, я вывалила на него все накопившиеся вопросы.
Коварный драконище невозмутимо приблизился и ласково заправил прядь волос мне за ухо, погладив большим пальцем по щеке, будто невзначай.
В другое время я бы насторожилась, но сейчас была всецело охвачена ожиданием и едва из кожи не выпрыгивала. Отметила лишь, что прикосновение было весьма приятным.
— Больше он к тебе не подойдёт, — успокоил меня дракон.
— А что вы ему сказали? А он что? А вы что? — тараторила я, злясь за то, что он откупается короткими фразами и не торопится выложить подробности.
— Исабель, — с нажимом произнёс господин Россэр, — забудь про Лукаша и вернись к работе. С этой минуты он никогда тебя не потревожит.
— Хотелось бы верить, — пробормотала я растерянно. — Разрешите идти? Скоро приедет посыльный.
Дэйгон милостиво кивнул:
— Беги.
В спешке добравшись до крыльца, я не сразу зашла в холл. Пробралась на цыпочках к калитке, высунула голову и убедилась, что отчим точно ушёл.
— Клаудия, дорогая! — взмолилась я, подкараулив её на выходе из кухни, где Мирабель сурово отчитывала зарёванную Айлу. — Ты же слышала, о чём говорили тот гость и господин Россэр?
Та расправила плечи и склонила голову набок, смерив меня пристальным взглядом.
— Может, и слышала, — задумчиво протянула, вытирая влажные руки полотенцем.