Потерять его будет для тебя самой страшной бедой, даже мысль об этом станет для тебя нестерпимой. Поверь, я знаю, о чем говорю, – баньши испустил жалобный стон. – Но ты счастливая. Он не оставит тебя. Во всяком случае – пока не сумеет перенять у тебя твой дар, а это случится очень не скоро. Может быть – никогда… Ах, как я хотел бы оказаться на твоем месте!
– Так за чем же дело стало, – буркнула Катя. – Выпусти меня отсюда. Я уйду, а ты оставайся тут, со своим возлюбленным Туат’ха’Данаанн!
– Ты знаешь, что это невозможно, – баньши испустил горестный стон.
– Да по мне лучше сдохнуть, чем отдаться этому садисту! – бросила Катя. – Слушай, а это идея! Скажи, ты можешь меня убить? Можешь?
– Не могу. Даже когда был сильнее, не мог. Мои чары не действуют на тебя, ты же знаешь.
– Но ты же можешь брать мою жизнь, – сказала Катя. – Так возьми ее всю, целиком.
– Нет, невозможно…
– А ты попробуй. Вдруг этого хватит, чтобы ты сумел уйти в Долину Тумана или куда там ты хотел уйти?
– Нет… – прошелестел призрак. – Не дразни меня, девушка. Пощади. Ты не сможешь отдать мне больше, чем отдаешь сейчас.
– Сделай это! – потребовала Катя. – Я расслаблюсь… В общем, я постараюсь тебе помочь. Что делает ши, когда хочет отдать силу такому, как ты?
– Ты – не ши, – возразил призрак. – И если ты умрешь, я потеряю даже ту малость, которую ты даришь мне сейчас.
– Когда я стану ши, ты вряд ли получишь хоть что-то. Сам же говорил: вам чуждо сострадание. Если сейчас ты не возьмешь мою жизнь, то завтра просто исчезнешь, – напомнила Катя. – Совсем. Говори мне, что делать. И поторопись. Ты должен успеть раньше, чем Ротгар.
– Ладно, будь по-твоему, – сдался баньши. – Сначала ты должна снять с себя всю одежду. И найди что-нибудь острое… Мне понадобится твоя кровь. Плохо, что здесь нет бассейна или хотя бы ванны…"
"Глава тридцать восьмая
Сказка о любви, еще один вариант
То, что эльфы называют наслаждением, удовлетворением естественной потребности и восстановлением жизненных сил, тролль называет завтраком, обедом или ужином.
Давно уже Ротгар не чувствовал себя таким сильным. Пожалуй, лет триста. Сила переполняла его. Она струилась по мышцам, наполняла чресла, пульсировала в позвоночнике, поднимала дыбом волосы на затылке. Ротгар ощущал себя переполненной чашей, балансирующей в состоянии неустойчивого равновесия.