До самого конца времени, слышишь?
Мужчина несколько мгновений лежал неподвижно, а затем осторожно сложил крылья и улыбнулся мне, взор его прояснился, а сам он стал теплеть, и это невероятно успокаивало меня. Чуть пошелестев крыльями, мужчина поднял меня на руки и усадил на кровать, а затем подмигнул, словно собираясь сделать какую-то очередную гадость. И куда только делась та прекрасная подбитая охотой птица, что мелко дрожала в моих объятиях пару мгновений назад? Куда делся поверженный и беспомощный ангел, готовый к смерти, но ожидающий её с нестерпимым ужасом в глубине сапфировых глаз? А меж тем Павший склонился над уже проснувшимся, но неподвижным Виктором и почти нежно стиснул его ягодицы, на что вампир отозвался болезненным воем и крепко зажмурился, стиснул в пальцах покрывало.
— Доброе утро, мой милый кровосос, — нараспев произнёс ангел, махом укладываясь на кровать рядом с Виктором и растягивая губы в широкой улыбке. — Пора вставать и отправляться в путь — время не ждёт.
Мужчина простонал ему в ответ неразборчивое проклятие, приподнялся на локтях, попытался ткнуть Аэлирна под бок, но чудесный ангел уже упорхнул с кровати и, пересадив меня на неё, принялся шустро одеваться. Он облачал своё тело так умело и соблазнительно, что никакой стриптиз не мог бы пойти с этим в сравнение.
— Он слишком счастлив, Лу-Лу, — пробурчал вампир, медленно и крайне осторожно садясь в кровати и волком глядя на то, как беловолосый красавец педантично застёгивает мелкие пуговицы собственной рубашки, красуясь перед зеркалом и самодовольно улыбаясь одними уголками губ.
— Обязательно отомстим. Вот закуём его на кровати и изнасилуем во все дырки, — подхватил я слова брата, глядя на то, как Аэлирн начинает опасно щуриться, глядя на нас в зеркало.
— Смейтесь-смейтесь, господа, — наконец ухмыльнулся он, оправляя кружевной воротник, а затем принимаясь с почти что гордостью расчёсывать свои волосы гребнем, который изящным жестом извлёк из, кажется, бесконечного мешка. Но, надо сказать, он изрядно уменьшился, а потому меня не оставляло любопытство — что же там ещё припас прекрасный эльф? — А меня вам, всё-таки, уложить на лопатки не удастся. Даже силой.