— А, ты о той байке, когда лет сто назад почти вся разбойничья ватага в оборотней обратилась, — припомнил я одну из историй, которую слышал ещё в детстве.
— Ну, байка то, иль быль, сегодня уж не узнать, да только до того её называли Болотуровой падью, потому как там было капище, при котором обретался волхв Белотур, что означает светлая сила.
— Хм. Помнится, именно ты нам ту байку и рассказывал, только ни о каких волхвах тогда не упоминал, — заметил я.
— Не упоминал, потому что и сам не знал. А в прошлом году покойный Топорок рассказал.
— Понятно.
— А тебе это зачем?
— Да так, вычитал в книге, про это место, и будто бы оно в наших краях, да только я никогда о нём не слышал. Вот и стало интересно.
— Что за книга?
— О стародавних временах, любви княжны и витязя из княжьей дружины.
— Вот смотрю я на тебя Шелест, то ты муж зрелый, умудрённый годами, разве только седой бороды не хватает, то ты варнак, каких свет не видывал, а то прям дитё благостное. А главное, никак разобрать не могу где ты настоящий.
— Да я и сам себя раз в седмицу не понимаю.
— Оно и видно.
Задерживаться в трактире я не видел смысла. Оно конечно время к обеду, да куда там есть, если аппетит напрочь перебит сладким. Сначала сам себе лакомился, потом за компанию с Эльвирой Анатольевной, а следом и с Марией Ивановной. Кондитерских изделий на месяц вперёд налопался. Хм. А ведь в гостинице ещё и торт дожидается.
Опять же свербело от желания поскорее добраться до Волчьей пади так, что никакого удержу. Но коль скоро так всё удачно сложилось, и я сходу получил нужную мне информацию, то уходить вот так поспешно уже неправильно.
"Опять же, я помнил карту княжества, и точно знал, что до оврага того нам не меньше тридцати вёрст. А ведь ещё и в дорогу нужно собраться, пока то, да сё, на поиски останется не так чтобы и много времени.