Господи, Роджер…
— Мой муж, — выдавила Брианна, не в силах вдохнуть. — Он должен вернуться домой с… с поручения. Он рассчитывал успеть к ужину…
Лорд Джон покачал головой.
— Если его до сих пор нет, то и не будет. — Заметив выражение ее лица, Грей добавил: — То есть он не сможет попасть в город. Дорога перекрыта, а город окружен засекой. Я сообщу капитану стражи. Напомните, как зовут вашего мужа и как он выглядит?
— Роджер, — сказала она, борясь с комом в горле. — Роджер Маккензи. Высокий, темноволосый и выглядит… как пресвитерианский проповедник.
Лорд Джон, отнесшийся к ее словам со всем вниманием, улыбнулся.
— В таком случае я уверен, никто его не застрелит. — Он взял ее руку и коснулся губами. — Au revoir[240], моя дорогая.
— Хорошо… — машинально начала Брианна и тут же умолкла. Лорд Джон тактично сделал вид, что не заметил, нежно коснулся ее щеки и вышел под дождь, пониже натянув шляпу.
* * *На следующее утро ее разбудил мягкий солнечный свет. Какое-то время Бри лежала в замешательстве. Что-то не так…
— Мама, мама!
В поле зрения возникла маленькая черная головка с кудряшками и горящими карими глазами, и Бри заморгала, пытаясь сфокусироваться.
— Мамочка! Миссис Аптон говорит, что на завтрак оладьи и каша! Вставай!
Мэнди исчезла. По лестнице прогрохотали шаги обоих детей, очевидно уже одетых и обутых. И в самом деле: из обеденной залы снизу плыли соблазнительные запахи еды и кофе.
Брианна села, свесив ноги с кровати, и тут ее осенило. Тишина. Орудия умолкли. Последние пять дней в предрассветной темноте их будили звуки бомбардировки с далеких французских кораблей, а сегодня дом проснулся среди мирной тишины; солнце раннего утра просачивалось сквозь туман в безмятежном спокойствии.
— Слава богу, — пробормотала она и, перекрестившись, вознесла короткую молитву за Роджера и еще раз за своего отца — первого из двух.
— Спасибо, папуля, — сказала Бри и потянулась за корсетом.
92
Пролитую воду не соберешь[241]
Болота на окраинах Саванны
Через час после полуночи
9 октября 1779 года
Перо — тупой огрызок с засаленным опахалом — совсем пришло в негодность от жадных рук тех, кому не терпелось напоследок черкнуть весточку.