— Одалживали друг другу свои жизни. Есть незримая связь между нами. Его разум всегда со мной. Мы — почти что одно целое.“One,” said Roscoe solemnly, “done, fun, gun...”— Одно, — торжественно забубнил Роско, — давно, равно, темно...— Прекрати квакать, — отозвался Пэйнт. — Что за бессмыслица?“Cease your clack,” said Paint. “No sense at all you make.”— Мысль с лица, — невозмутимо ответил Роско.“Fake,” said Roscoe.“The almost human one,” said Hoot, “tries, to talk with us.— Самый умный из нас, — прогудел Свистун, — пытается нас чему-то научить.
“His brain is addled,” I said. “That's what is wrong with him. The centaurs.. .”— У него просто переплелись все извилины в мозгу, — сказал я, — вот и вся разгадка. Эти кентавры...“No,” said Hoot. “He attempts communication.”— Нет, Майк, — возразил Свистун, — он пытается найти с нами взаимопонимание.I hunched around and stared up at Roscoe. He stood straight and rigid, the flare of firelight on his metal hide.Я повернулся и пристально посмотрел на Роско. Он стоял гордо и прямо, пламя костра замысловато отражалось от зеркальных граней его металлического корпуса.
Я припомнил, что еще в пустыне, когда мы упорно пытались от него чего-нибудь добиться и задавали бесчисленные вопросы, он указал нам, что нужно двигаться на север. And I remembered how, back there in the badlands, when we had asked a question, he had signaled that we should travel north. Did he, in fact, still understand? Was there something he could tell us if he could put it into words?Неужели он действительно что-то соображал? Найди он способ сформулировать свою мысль.
.. Было ли у него что-то в голове, чтобы поделиться с нами?— Ты не можешь помочь, — обратился я к Свистуну, — заглянуть вовнутрь и узнать, что он хочет сказать? (Можешь ты вытащить это из него?) (dig*out – откопать, раскопать; узнать, выведать)I said to Hoot, “Can you dig it out of him?”“It beyond my power,” said Hoot.— Это выше моих сил, — вздохнул Свистун.“Don't you understand,” Sara said to me, “that there is no use trying.
We're not going to get back to Earth; or anywhere. We are staying on this planet.”— Неужели до тебя не доходит, — раздраженно сказала мне Сара, — что все наши попытки найти выход из этого тупика обречены на неудачу? Мы не можем возвратиться на Землю или улететь куда-либо еще. Мы останемся на этой планете навсегда.“There is one thing we could try,” I said.— Есть одно средство, к которому мы можем прибегнуть, — заявил я.— Я знаю, что ты имеешь в виду, — сказала Сара.
