Они были ужасно большими и уродливыми и приближались очень быстро. Не стоило обладать богатым воображением, чтобы представить, как они с нами обойдутся, если сумеют догнать. Долго раздумывать значило дать им возможность заживо спустить с себя шкуру. Я изо всех сил припустил по тропинке, ведущей к городу. Щит мешал мне, и я его бросил.The scabbarded sword banged against my knees and I tried to get the belt unbuckled, and while I was doing this the sword tripped me and I went sprawling like a cartwheel.Болтающийся в ножнах меч бил меня по коленкам, и я, пытаясь на бегу развязать ремень, споткнулся о него и кубарем покатился с пригорка, как оторвавшееся от телеги колесо.
Just before I came out of my spin and was falling flat upon my face, a hand reached out and grabbed me by the sword belt and held me high enough so that I cleared the ground, just barely. Прежде чем я успел остановиться, сильная рука схватила меня за ремень, к которому были подвешены ножны, и приподняла вверх, так что я оказался на весу.
I hung there, swaying back and forth and watched the ground jerk by underneath my nose and out of one corner of my eyes I saw Roscoe's feet moving like a blur.В таком подвешенном состоянии меня крутило то по, то против часовой стрелки, а мимо моего носа пролетали комья земли, выскакивавшие из-под ног бегущего Роско.Краем глаза я видел, что его ноги мелькают, как спицы велосипеда.My God, how he could run.Боже милосердный, как он, оказывается, умел бегать!I tried to angle my head around to see where we might be, but I was so near the ground I couldn't see a thing.
It wasn't comfortable and it was embarrassing, but I wasn't beefing any. Roscoe was covering the ground in a satisfactory manner, much faster than if he'd had to wait for me.Я пытался повернуть голову, чтобы определить, где мы находимся, но мое лицо оказалось так близко от земли, что я ни черта не мог разглядеть. Что говорить, положеньице отнюдь не самое удобное, и это немного раздражало. Но и грех жаловаться: Роско шпарил, как гончая собака, а у меня показать такую прыть была кишка тонка.
Then finally I saw pavement underneath my face and Roscoe jerked me up and set me on my feet. I was a little dizzy and inclined to stagger, but I saw we were in the narrow city street we'd traveled days before, with the straight white walls arrowing up into the sky above us.Вдруг перед моими глазами зарябила мощеная дорога, и Роско, перевернув меня вверх головой, поставил на ноги.
